С трудом ему удалось справиться с ним. Понимая его природу, понимая, что не в тоске и одиночестве тут дело, а всё в той же информации. Что-то, Сашей непонимаемое, рвётся к нему. И эта информация не может быть передана ни каким, из привычных ощущений. Она не понимается сознанием, но воспринимается подсознанием. Которое и пытается донести, эту информацию, до сознания, отыскивая эквивалентную замену,– эмоциональное подобие.
А уж сознание должно самостоятельно разобраться в происходящем и увидеть подлинную причину, вызвавшую столь странную эмоцию. И всплыла в памяти рожа кошмарная, выдвигаясь рывком из-за горизонта, и лапа, больше похожа на язык хамелеона, которым захватывает он свою добычу во время охоты.
Они уже сталкивались с этими явлениями, и поняли насколько они опасны, насколько разрушительно действуют на психику, если отдаться этой тоске и ощущению безнадёжности. Уже через несколько часов депрессия достигает такой силы, что самоубийство приобретает вид блаженного выхода.
Проблема в том, что бы эту эмоциональную нагрузку не воспринимать в отношении собственной личности, что бы связать эти эмоции с неким конкретным и совершено посторонним от психики явлением.
Когда они впервые столкнулись с таким ударом по психике, то начали использовать "первоначальные гипотезы погружения", таким образом, втискивался весь комплекс непостижимых ощущений, и порождённые ими эмоции, в рамки понятной посторонней структуры, более-менее чётко определённой первоначальной гипотезой.
В отсутствии гипотезы подсознание такое начинало вытворять... Что не вмещалось ни в какие рамки – самые фантастические образы обретали плоть и кровь и оживали, поражая воображение причудливостью и непостижимостью логики своих действий. Очевидно, было, что за этим скрываются стереотипы мышления. Каждому действию реальности на наши чувства, соответствует определённая реакция подсознания, которое преобразует это действие в эмоцию, с помощью которой воздействует на сознание.
А эмоции, это очень индивидуальное у каждого человека, так мы ни когда не сможем узнать как, например, видит красный цвет другой человек. Мы можем только сказать, что мы все одинаково выделяем его, кроме дальтоников, и одинаково, поэтому, называем.
Эмоции приобретены человеком в процессе воспитания. С самого детства вырабатывалось соотношение между каким-то цветом и комплексом ощущений, постепенно, этот комплекс ощущений, приобрёл своего рода стандартный вид – конкретный цвет, который легко узнаётся.
Но в мире теней-стеблей всё это утратило смысл, за каждой эмоцией уже скрывался другой смысл. И красный цвет уже мог означать совершенно неожиданное явление, но вызывающее у подсознания такое же ощущение как красный цвет, вот и транслирует оно сознанию этот цвет. Но это в простейшем случае одного воздействия, а когда начинал действовать на подсознание целый комплекс непостижимых воздействий? Да ещё собранный в самых противоестественных комбинациях? Чёрный свет, сухая вода, леденящее пламя... Или вообще кислый свет, вызывающий изжогу и тошноту...
Попав в тёмное помещение, мы перестаём узнавать самые привычные предметы. В условиях недостатка информации подсознание начинает гадать – а может это... Нет, а может...? А перед ошеломлённым сознанием проносятся странные и часто пугающие образы.
"Сон разума порождает чудовищ!" – сказано это уже давно, но не разум порождает чудовищ, а кто-то в глубинах психики, чьей обязанностью является распознавание образов. Но когда, этот некто, не в состоянии их узнать, вот тогда и порождает он чудовищ. И задача становится понятной – снабдить этого распознавателя достаточным количеством информации, обеспечить его знанием о происходящем. А знание, это, прежде всего, причинно-следственная цепочка, связывающая нечто непостижимое с интересами человека с его потребностями, с его представлением о самом себе. Всё это, по сути, одно и тоже.
И эту функцию, по компенсации недостающей информации, снабжению знанием выполняла первоначальная гипотеза. Это был своеобразный переводчик – он придавал стабильность создаваемой воображением картине и направлял воображение к нужной цели, заставляя последнее подлаживать образы под принятые условия. Вот и получалось, что с одной стороны братья сами формируют выбранные образы в наблюдаемом ими мире взаимодействий, а с другой стороны взаимодействие это совершенно независимо. И может, внутри созданной картины, выбросить совершенно неожиданный фортель.