Выбрать главу

Отсюда открывался чудесный вид на город, бухту и раскинувшиеся за ней горы... Люди и машины внизу казались совсем маленькими, а лёгкий ветерок добавлял ко всему этому ощущение какой-то пугающей дикости.

Я сама не заметила, как запрыгнула на перила и, свесив ножки наружу, закинула голову назад... Ощущения были почти такими же, как на краю пропасти, но... немного другими. Если над обрывом я чувствовала себя свободной, то здесь было ощущение, что весь мир  вместе со всеми своими проблемами остался где-то внизу... а я выше их... причём, буквально.

Впервые за это утро возникло ощущение лёгкости... и какой-то глупой уверенности. Сидя здесь совершенно не хотелось думать о плохом... о своих ошибках. Хотелось просто подставить лицо солнцу и позволить ветру растрепать волосы... раскинуть руки в стороны и полететь... Жаль, конечно, что сделать этого я не могла... по многим причинам.

- Тиана, слезь оттуда, - послышался сзади странно хрипловатый голос Лита.

- Отстань от меня, хотя бы сейчас, - поспешила ответить я, не поворачиваясь.

- Тиа, правда, иди сюда... хватит дурачиться, - проговорил Рио.

- Нет, я вам, что мешаю? Отвалите оба. Идите, обсуждайте свои суперважные дела, а мне и здесь хорошо, - прозвучал грубоватый ответ.

Но окончательно меня вывел из себя громкий смех Тарши. Он был настолько заливистым, что  просто вынудил меня оторваться от созерцания округи, чтобы убедиться - здорова ли она... Оказалось - здорова, и в прекрасном настроении, чего не скажешь о двух бледных, чем-то напуганных  парнях, стоявших в нескольких шагах от меня.

- Тиана, хватит пугать народ! - проговорила девушка сквозь смех. - Ладно, эти двое... мы их как-нибудь реанимируем. Но что если другие люди подумают, что ты решила свести счёты с жизнью? Вызовут скорую, службу спасения... Пожарников с психологами?

Я с мрачным видом посмотрела на Таршу, красноречиво намекая, что мне на это плевать, и тут же отвернулась. Разве могли быть важными чьи-то там домыслы, когда вокруг такая красота?

- Ладно... - пожала плечами девушка, а потом повернулась к застывшим парням. - Не обращайте внимания. Это у неё привычка такая... Ну любит девочка высоту. Мы с Тамиром тоже поначалу пугались, а потом привыкли. Она часто так сидит над обрывом на окраине Дома Солнца, - сказав это, она схватила Литсери за руку и потащила внутрь. Рио же так и остался стоять на месте.

Повисла странная гнетущая тишина, в которой удивительным образом чувствовалось, что за мной пристально наблюдают.

- Почему не ушёл? - спросила я спустя пару минут.

- Не хочу оставлять тебя здесь одну, - ответил он ровным холодным тоном.

Я усмехнулась.

- Боишься, что прыгну?

- Боюсь, что сорвёшься.

- Не надейся на это, - я, наконец, соизволила повернуться в его сторону. - Можешь идти, полёт с шестнадцатого этажа сегодня в мои планы не входит.

И тут впервые на моей памяти его нервы не выдержали.

Он мигом подскочил ко мне, одним странным рывком, который, кстати, отразился болью в рёбрах, сорвал с места, и уже через несколько секунд поставил на ноги в гостиной, демонстративно закрыв при этом дверь балкона. От такой неожиданности я даже растерялась, и чуть не упала, слегка пошатнувшись. Но Эверио тут же умело подхватил моё неустойчивое тело и так сильно сжал в объятиях, что покореженные бока снова напомнили о себе. Но даже несмотря на боль рядом с ним мне было  хорошо...почти так же, как на краю обрыва... как на краюшке балкона... как в полёте над пропастью... Но, вместе с этим, ещё и очень тепло и уютно.

А ощущение того, что он реально испугался за меня, вообще очень сильно грело душу. Наверно, мы бы стояли так довольно долго, если бы не в меру тактичная Тарша, не сделала вид, что сильно подавилась.

- Вот это новости! - воскликнула она, когда поняла, что её кашель нам ни капли не мешает. - Рио и наша Тиана...Ха! Лит, ты тоже это видишь?

- Угу... - послышалось недовольное восклицание со стороны дивана.

- И как это понимать? - теперь в голосе Тарши не было ни ехидства, ни издёвки, а лишь простой грубый вопрос.

- Так и понимай... - ответил тот, в чьих объятиях я бы с удовольствием провела весь остаток своей жизни.