Сначала она хотела возразить, но ее остановило то, что ведь Рэн, он тоже, еще тогда должен был стать ее парой, когда она впервые ощутила его, сидя за диваном в кабинете отца, и с ним она счастлива . Наверное и ее малышка подрастет и будет счастлива с драконов, почему-то это подсказывало материнское сердце.
-Я приминаю твой дар для моей малышки, но окончательное право остается только за ней, ее решение узнаешь естественно позднее,- произнесла она дракону, но смотрела ласково не отрываясь на дочь.
Арии склонился к ребенку, беря бережно крохотную ручку, браслет сквозь которую прошел даже не задев нигде краем, а затем одел свой, те засияли и слились, оставшись на руках, интересными письминами, драконьего языка, символизируя этим помолвку.
-Оставьте нас, мне нужно зделать важный шаг,- драконы покидали комнаты, только теперь золотой боролся уже с истинными чувствами собственниками, ревнуя ее даже к матери, как бы глупо это не звучало.
Когда в комнате осталась только Изабелла, малышка и черный лис, вампирша попросилась фамильяра подать ей Алую смерть рода Эрскинс. Тот сразу выполнил требование.
Она взяла клинок, слегка резанув им свой палец, и маленьких пальчик младенца, посылая второй рукой волны обезбаливания. Зашептала на древнем языке вампира, слова ритуала, которые когда то шептали ее родители. Запуская в малышке ее внутреннюю силу, дабы та в нужный момент расцвела. Закончилось тем, что мать соединила свой раненый палец с пальчиком младенца, ранки тут же затянулись, а она немного уставшая откинулась на подушки. Дочка погрузилась в сон, сытая. Не надолго я выпала из реальности, задремав.
Сквозь полудрем она услышала шум и крики, тут же в комнату вбежала Марта.
-На нас напали госпожа, скорее, мы должны уходить.
Я начала стремительно вставать, слегка пошатываясь. На помощь тут же бросилась Марта, поддерживая меня.
-Где драконы?
-Внизу, они сдерживают мятежников.
Сама же быстро кинулась к камоду, доставая небольшой мешочек. Передала его женщине, приказала следовать за собой, открывая вход в лабиринты. Вела женщину глубоко, в сторону тунелей которые вели к выходу в город. Малышку предусмотрительно усыпила своей силой. Та спала безмятежным снов. Моесердце беспощадно билось, словно пытаясь вырваться. Сейчас единственный страх был, только за жизнь дочери. Повороты были резкими, но прекрасно ощущала, куда именно нужно свернуть, потому спешила как можно скорее. Дойдя до нужного выхода, обернулась к довольно уставшей женщине, передавая на ходу малышку.
-В мешочке документы, твой новый паспорт и свидетельство рождения моей дочери, она будет считаться твоей, там же найдете реквезиты на счет, тайно открытый для вас. Береги ее, и когда по твоему прийдет время, расскажи ей правду обо мне. А пока беги, никогда не задерживайся в одном городе, больше чем на пару лет.
«Найдж, до города сопровождаешь их»,- он хотел оспорить, но надавила приказом, ему пришлось подчениться.
Смотря как удаляется моя кровинка, болезнено сжималось сердце. Наверное так же больно было и родителям, когда они не ведали, где нахожусь до своей смерти. Развернулась, быстро шагая вглубь лабиринтов, по памяти находя ритуальный зал, где мне был передан артефакт. Моя дочь, она обязательно будет счастлива, ее счастье я подарю ей, чего бы мне это не стоило.
Ритуальный зал озарял яркий свет полной луны, сегодня я совершу то, что не один вампир никогда не сделал бы. Лишу себя защиты, добровольно.
Достала Алую смерть рода Эрскинс, крепко сжимая, осознавая свой поступок. Полоснула руку, по ней начала стекать кровь, но ни одна капля не пала на каменный пол, все сжирал артефакт. Зашептала на древнем вампирском текст, сочиняя его, руки охватила алая дымка силы, глаза пылали алым огнем. А я возвала к артефакту, требуя подчиниться, и тот поддался. Я нашла нужные мне нити, выдергивая силой три жизненые нити, отпуская их на волю. Артефакты оба вспыхнули, принося океаны боли за вероломное предательство. Только я не стала ожидать когда меня покинет сила, шаг за шагом стала двигаться, в направлении к выходу из лабиринта в лес, должна попыться успеть и дать ему возможность узнать о нашем ребенке.
Каждый шаг становился пыткой, слабела ужасно быстро. От замка отойти удалось не далеко, когда меня что-то ухватило за шею и отбросило, да с такой силой, что проехала в перед за секунды пару метров, оставляя за собой след, от первого снега. И пусть на улице был мороз, на мне было только ночная рубашка и легкий халат, холода я не ощущала, чувствуя только приближение смерти. И вопросом времени было лишь то, будет она от артефактов, которые предала или мятежников.