Глава 26. Могильник.
Несколько дней после отъезда антифы у Иланы и ее эфочек ушло на адаптацию. Девчонки категорически отказались разделяться и заселились втроем в соседние с Иланой покои. Одна была неотлучно при ней, даже ночью, в покоях.
Также девчонки приоделись. Они смущенно признались Илане, что не собирались здесь оставаться. Думали заберут ее и вернутся домой. Поэтому много вещей с собой не брали, только самое необходимое. Поэтому пару дней они потратили на поход по лавкам. Скупали все подряд, а потом в покоях Иланы развлекались, примеряя наряды по очереди.
Кроме того, эфочки согласовали с Олафом совместную охрану, чтобы не мешаться друг у друга под ногами. Договорились о совместных тренировках. Оказывается, у берсерков был свой полигон недалеко от замка.
Ири, как самая бойкая поставила варанга в известность, что на закрытых тренировках будет и Илана, чему та была очень рада.
А ночью Илану разбудила Иса:
- Там мальчик пришел, Берси. Говорит, ты разрешила обращаться в любое время.
- Что случилось? – Илана со сна плохо соображала.
- Не говорит. Но упертый. К тебе пробился, вот.
- Хорошо. – Илана потерла лицо. – Пусть подождет в приемной. Я быстро. – И направилась в купальню.
Берси ждал ее, стоя посреди гостиной.
– Гарди плохо, - заявил он как только Илана вышла к нему. – Далия не понимает, что с ним. Ее отвары не помогают.
Илана кивнула и окинув мальчика внимательным взглядом спросила:
- Как ты добрался?
- Верхом. Попросил коня на конюшне. Мы помогаем в Храме. Дядька Барди, конюх, разрешил. Побурчал, конечно, когда я его будил, но лошадь дал.
Илана не стала дальше слушать, передав через Ису берсеркам, что выдвигаются немедленно.
Через час она входила в дом мюрквидцев. Ее встретил Магни, поздоровался и повел за собой.
Десятилетний Гарди метался по кровати: лоб мокрый, дыхание хриплое:
- Беда, плохо, больно, беда…- бормотал он.
Илана опустилась на колени рядом с кроватью, положила ладонь на лоб и запустила диагностику. Гарди открыл глаза.
- Где беда, Гарди? – спросила она.
Ребенок махнул рукой:
- Там, - и снова провалился в беспамятство.
- Давно он так? – Илана подняла на Далию глаза.
- С вечера. До этого становился мрачнее с каждым днем, замыкался в себе. Другие вроде отходили от трагедии, а он нет. А вечером потерял сознание и стал бредить. Все беду какую-то пророчит.
- Странно. Физических нарушений я не нахожу. Пойдем-ка, - с этими словами Илана встала и вышла из комнаты.
У дома ждали берсерки. Неизменный Олаф и Дастин.
- Олаф, надо проверить, что находится в той стороне, - Илана махнула в сторону, куда указал Гарди. – Там может быть опасно. Мальчик говорит о беде. Пусть разведчик будет осторожен. Мы здесь не задержимся, так что докладывать будет в замке.
Олаф кивнул Дастину и тот бесшумно скрылся в лесу.
Илана вернулась в дом и посмотрела на Ису и Ири. Они понимали друг друга без слов. Ири кивнула и выскользнула из дома.
- Я, как могла, сняла симптомы, - посмотрела Илана на Далию, - но пои Гарди успокоительным. Что ты ему даешь?
- Как и всем - успокоительный сбор: душица, чабрец, валериана, донник и корень солодки.
- Это хорошо, но Гарди надо что-нибудь покрепче. Скажем, валериана, зверобой, мелисса, пассифлора, боярышник.
- Можно добавить шишки хмеля, это усилит воздействие на нервную систему.
- Да, можно. Пусть за ним приглядывает кто-нибудь. Тот же Магни. А я как узнаю что-нибудь, обязательно сообщу. Завтра приеду, осмотрю его.
- Благодарю, лордесса.
Вернулись в замок в задумчивости. Илана не могла сформулировать, что ее тревожит. Недомогание мальчика не давало ей покоя. Кажется, что его тревожность передалась и ей.
- Олаф, - обратилась Илана к берсерку, - как только вернется Дастин, доложить мне сразу.
- Конечно, ар-леди, - Олаф склонил голову.
Дастин вернулся к рассвету. На вопросительный взгляд Олафа произнес:
- Могильник. В часе ходьбы. Около пяти десятков умирающих.
Отпустив Дастина, Олаф задумался. А потом, тряхнул головой и, приняв решение, отправился на третий этаж и постучал к лендлорду. Освальд сообщил Олафу о принесенной им клятве, так, для сведения.