- Не могу знать! - Гаркнул тот, вытянувшись. - Распоряжений не поступало!
Но Грегор уже шел на кухню, не слушая возражения. «Конечно не было», - с раздражением думал он, - «Мне и в голову не пришло, что о таком надо распоряжаться. Должен же кто-то этим заниматься».
Его, кстати, накормили обедом. Жаренное мясо, каша, хлеб, сыр и квас. Только сейчас он задумался, что еда походная. Такую в замке не подают.
В кухне, ожидаемо, никого не оказалось. Грегор остановил куда-то спешащего наемника:
- Где Густав?
- В феншине (феншин-тюрьма), милорд.
- Нашел время, - недовольно проворчал Грегор. – А кухонные где?
- Так в подвале, милорд. Стал быть, варанг сказывал, что пока всех не проверит, до еды не допустит. Велел запереть.
- А наемники что ели?
- Так у нас походная кухня.
- Прекрасно, - наконец нашел решение Грегор, - веди.
Он взял миску каши, велел порезать кусок мяса посочнее, положил ломоть серого хлеба и, довольный собой, понес это Илане.
Постучав, вошел и гордо водрузил на стол свой трофей. И приготовился к приему благодарностей. Но увы!
- Это что? – холодом в голосе лордессы можно было замораживать.
- Это еда, - немного растерянно произнес Грегор. – Каша, мясо и хлеб. Все свежее и вкусное, правда, я сам ел.
- Чья еда? – не добавилось теплоты в голосе.
- Э… Наемников. С походной кухни.
Глаза Иланы гневно сверкнули:
- Я похожа на наемника?
- Нет, но…
- Я. Сегодня. Хочу. Рыбу! Что непонятного я говорю? Чего чрезмерного прошу? Вы что, никогда не ели рыбу и считаете ее деликатесом? Или мы не на реке живем?
От ее напора Грегор опешил. С ним никто никогда так не разговаривал. И в чем-то он был с ней согласен. Но бывают же разные обстоятельства…
- Простите, ар-…Простите, лордесса. – поправился он, - приготовить рыбу сегодня некому. Кухонных слуг проверяют на лояльность.
- Это ваши проблемы, - отрезала она. – Вы не в состоянии обеспечить мне обычное комфортное содержание, тоже мне … же-е-ни-их, - как-то особенно обидно протянула она. И отвернулась.
Выскочив из покоев, Грегор рявкнул на первого встречного наемника:
- Вызови ко мне Густава. – И пресек готовые сорваться возражения, - немедленно!
Пока метался по покоям, накручивал сам себя: «Смотри какая фифа! Мясо ей не такое!» Грегор злился и, одновременно, признавал ее правоту и от этого злился еще больше.
Он только представил на месте Иланы леди Кайру, свою мать, и содрогнулся, буквально почувствовав, как бы стекала по его лицу солдатская каша, хвати у него ума предложить ей такую еду. Он злился на Густава, ставленника и, скорее всего, любовника матери: за инициативу с кухарками. На себя за неспособность разрешить простую, казалось бы, проблему: накормить женщину.
Глава 47. Густав.
Густав, коренастый мужчина средних лет и ничем не примечательной внешности, без стука зашел в покои и развалился в кресле.
Сказать по правде, он очень не нравился Грегору. Было в его облике что-то скользкое, шакалье, типа готовности пнуть лежачего или ударить в спину. Говорят бывших гестов не бывает (гест – сотрудник управления правопорядка) и Грегор всем своим нутром чувствовал, что это его клиент.
Где его отыскала мать и зачем приблизила большой вопрос.
Вел он себя нагло, субординацию не соблюдал, но мать написала, что он им нужен, а матери Грегор привык доверять. Тем более и выбора особого не было: именно он вытащил Грегора из феншина и наемники подчинялись ему непосредственно. Грегор тут так, декоративный элемент, хоть и заказчик.
Он постарался взять себя в руки и ничем не выдать раздражения от поведения Густава.
- Ты изолировал кухонных работников, некому готовить.
- И что? Пусть питаются в полевой кухне. Ничуть не хуже.
- Для наемников, несомненно. Но в замке женщины. Они привыкли к более изысканной пище.
- Как привыкли, так и отвыкнут, - не проникся его трудностями Густав.
- Среди них лордесса, - попытался воззвать к его разуму Грегор.