Пока проходила мимо отца с дочкой, буквально кожей чувствовала, как меня в спину провожают злыми взглядами. Только отчего они стали злыми, было непонятно.
На пути к ординаторской я столкнулась с Галей, которая помогла отвлечься своей болтовней от плохих мыслей.
— У меня вчера была одна пациентка. Захотела гименопластику сделать. Представляешь? А ей, на минуточку, сорок лет! И, учитывая ее особенность строения, нам нужно делать гименопластику третьей категории сложности! Вот зачем женщине в таком возрасте восстановление девственной плевы? Для какой цели?
— Почему ты у нее не поинтересовалась? — спросила я, протискиваясь между коллегами в ординаторской и приветствуя их кивком.
— Спросила. — Галя семенила рядом со мной. — Она сказала, что у нее мужчина какой-то. То ли шейх, то ли турок. Не помню. Так вот, ему нужна чистая женщина. А то, что ей уже сорок лет и она априори не может быть чистой, он не учитывает. Ну, или она мастерски умеет омолаживаться до двадцати лет.
— Да ладно тебе. Операция принесет клинике неплохой доход, а тебе в карман капнет процент. Всякие люди бывают. Хочет побыть девственницей, так сделай ты ее девственницей.
— Тебе легко говорить, а у меня нервный тик от этих странных женщин. А таких в день не меньше двух приходят, — Павлова хотела еще что-то добавить, но замолчала, завидев нашего начальника.
Федосеев сегодня был один. Как всегда хмурый и донельзя собранный.
Думаю, многие коллеги вздохнули с облегчением, когда Кирилл сказал, что его жена уехала в непредвиденную командировку.
Получив поручения и выслушав пару наставлений, всех отпустили работать дальше. Кроме меня. Мне пришлось на минуту задержаться.
— Ксения, отчетность подаете теперь мне, а не Вадиму Александровичу. Можете высылать файлы на почту или приносить лично. Ближайший месяц я буду в клинике ежедневно, кроме выходных.
— Хорошо. — Я оглядела ординаторскую и, не заметив ни одной живой души, кроме нас с Кириллом, вытащила деньги из кармана рабочей формы и положила их на стол рядом с мужчиной.
— Что это, Ксения? — На безэмоциональном лице мелькнула тень недовольства.
— Ваши деньги, Кирилл Максимович. Отдаю все до единой копейки, — пожала я плечами. Уверенность рядом с этим мужчиной сразу испарялась, а сердце с бешеной скоростью стучало по ребрам. Я боялась его, хотя угроз для меня Кирилл не представлял.
— Забери, — отчего-то перешел он на фривольный тон.
— Нет. Мне чужого не нужно. И с вашего позволения, я пойду работать.
И пока в спину не прилетело пару колких словечек от Кирилла, быстро выскочила из ординаторской. Наконец-то у меня появилась возможность вернуть ему деньги. Я сразу почувствовала облегчение, точно тяжелый балласт с плеч упал. Отработаю месяц, найду человека, который ворожил на мою смерть, и уеду из Волгограда. Подальше от Федосеева. Он никогда не узнает о моей беременности!
Чтобы восстановить свое дыхание и унять дрожь в теле, потребовалось коротких пять минут.
Ко всем проблемам добавилась еще одна. Егор. Я заметила очередную странность в его поведении. Он меня избегал. Сухо поздоровался. Сторонился. Не знаю, что происходит у него в голове, но нам нужно серьезно поговорить и поставить точку в наших отношениях. Аборт делать не буду, а взвалить на мужчину чужого ребенка… не смогу. Беляев — хороший парень, мне он искренне нравился. С ним было легко и интересно. И, возможно, не будь я беременна, попыталась бы разобраться с его тараканами и построить новые счастливые отношения. Но, увы, жизнь не балует меня удачей и банальным везением.
Дверь в кабинете, где Егор принимал сегодня пациентов, была приоткрыта. Я честно не хотела подслушивать, но после одной произнесенной фразы решила не вламываться внутрь, а тихо постоять в сторонке и послушать весь разговор.
— Что ты здесь делаешь, Саша?
— Пришла посмотреть тебе в глаза! — Я открыла рот от удивления, узнав голос дочери Федосеева.
«Они с Егором знакомы?»
— Саш... — В его голосе было столько горечи и отчаяния.
«Что их связывает?» — задалась вопросом и сразу получила ответ:
— У тебя совсем нет совести, Егор?! Эта ферма была нашим с тобой местом! Святым! Неприкосновенным! И что я узнаю? Мало того что ты уже один раз мне изменил именно на этой ферме, так и после нашего расставания таскаешь туда баб! Ты же прекрасно знал, когда я приезжаю на конную прогулку. Зачем это делаешь, Беляев? Зачем?! Может, мне стоит все рассказать папе? Или твою новую подружку просветить о твоей «верности» в отношениях?
Дальше слушать не стала. Все предельно ясно. И так даже лучше. Хватит с меня мужчин. Нагулялась…
Сжала кулаки и направилась работать. Работа охлаждает ярость и приводит мысли в порядок. Стоит немного поберечь свои нервы для вечернего разговора с Пашей. Нужно потребовать с него деньги. Немедленно. С таким кредитом мне одной ребенка не поднять.
Странное дело, но я так легко приняла мысль о случайном зачатии… словно так и должно быть. Остановилась, приложила руку на пока плоский живот и ощутила, как нечто теплое заполняет душу всю, без остатка.
«Мы найдем свой путь к счастью, малыш!»
***
Весь оставшийся день пролетел незаметно. Я погрузилась в работу с головой. Как бы ни было печально, но мне придется уволиться в скором времени. Долго скрывать свое положение не получится, а вызывать лишние вопросы у Федосеева не в моих планах. Меньше знает — крепче спит.
Помимо работы, успела записать себя на прием в городскую женскую консультацию. Нужно сдать анализы и пройти все исследования, пока я еще в Волгограде, а не где-нибудь у черта на куличках. Решение уехать в маленький город сейчас было самым верным. В слова шарлатанки я поверила с трудом. А если быть честной перед самой собой, совсем не поверила. Допустим, с беременностью могла выйти чистая случайность. Просто ей повезло угадать. Порча! Какая, к демонам, порча? Какая ворожившая? Да и где мне ее искать? У меня врагов женского пола, начиная с детдома, полным-полно. Любая будет только рада мне подгадить. Но и нельзя забывать про мое состояние, жуткие кошмары и видения.
Скрипя зубами, назначила встречу с этой рыжей ведуньей на послезавтра. Схожу еще раз и все-таки узнаю, как мне найти ворожившую. Вдруг и правда поможет избавиться от видений и кошмаров?
Плюсом ко всем проблемам стал ужин у дяди, куда он пригласил моего биологического отца. Прошлая встреча так и не состоялась. У великого бизнесмена не было времени приехать к родному брату. Сейчас я уже сомневалась, что хочу поговорить с отцом. Без него проблем и всякой чертовщины в моей жизни выше крыши.
Я уже собиралась отправиться на нашу с Пашей квартиру, как ко мне в кабинет зашла Людмила Николаевна.
— Как хорошо, что я успела тебя застать. Лобова пустила сплетню, что мы сейчас выходим на новый график и помогаем докторам на приемах. Когда успели поменять правила?
— Сегодня Кирилл Максимович приказал ставить на прием к докторам медсестер. Я график еще не до конца сформировала. Завтра всех проинформирую и пришлю новый. Придется каждой пару лишних часов накинуть. Но я уже поставила вопрос о дополнительном персонале, — скидывая свои вещи в сумку, рассказала женщине.
— Накрылся медным тазом мой отпуск, — горько вздохнула она. — Как дела у тебя? Вопрос пропажи замяли?
— Не переживайте, в отпуск по графику сходите. Я, если что, за вас смены отработаю, — уверила женщину, накидывая на плечи ветровку. — С «Имбрувекой» пока молчат. А дела вполне сносно. Вот иду разбираться с Пашей. И, Людмила Николаевна, я увольняюсь через пару месяцев. Может, пойдете на место старшей?