Конечно, с первого раза мне подобное не позволили и вдоволь потискали в четыре руки, поглаживая и пробираясь под подол платья. Сейчас, пока нас скрывало от чужих возможных взглядов одеяло, мужья не собирались останавливаться. Им очень нравилось исследовать кромку трусиков, чем они сводили меня с ума.
- АААА расскажите мне, как именно проходит ваш обряд, – я отвлечь от разврата явно возбужденных мужчин. – Чего мне ждать и как себя вести, желательно поподробнее. Руки при этом распускать не нужно. Подобное не помогает связно думать ни мне, ни вам.
Они тяжко, но неожиданно дружно выдохнули. Хорошо еще, что руки убрали, сложив их на моей талии, и даже не мешая друг другу.
- Ну, раз так хочешь, то слушай, любопытная ты наша. Мы будем касаться тебя, раздевать, поглаживать. И позволять подобное делать тебе с нами.
Ну, пока слова вписывались в картинку привычного поведения влюбленных, но я так и не услышала самых важных слов.
- Значит, только касаться? Ничего более? Или все-таки что-то серьезное может случиться? Ну, мы займемся, наконец, любовью?
- Поцелуи, ласки, доверие – вот что запускает наши феромоны на пятьдесят процентов, – уверено покачав головой, опроверг мое предположение серьезный Оск.
- Ну, а за вторые пятьдесят процентов отвечает лектар. Наша биологическая и видовая особенность, – перевел ракурс моего внимания Аскин.
Быстрый перекрестный опрос сети через чип выдал, что лектар это еще одна конечность, участвующая в размножении воргов. На схемах биологического строения она располагалась за яичками и скрывалась в специальном мешочке. Костей в ней не было, одни мышцы, которые в неактивном состоянии сворачивались в рулончик. Сглотнув ставшую вязкую слюну, я в очередной раз обозвала себя дурой.
Ну почему я всех похожих на меня внешне причисляю к людям априори? Ни разу не искала в сети особенности анатомии воргов, пока у меня была уйма времени. Да я даже не могла представить, что у них есть что-то подобное, относящееся к половым признакам мужчин. Судя по схемам, у той же Бронки ничего подобного не было.
- Значит, у вас имеется гибкий жгутик со стрелочкой на конце? И как он работает?
- Прямо так со стрелочкой? – рассмеялся Оскин. – Просто утолщение с конусообразным окончанием. В обычной жизни она никак себя не проявляет.
- Впрочем и во время простого секса ради снятия напряжения активности в ней нет. Ведь мы полностью контролируем лектар, и никому не хочется быть привязанным к обычной любовнице на всю оставшуюся жизнь.
- Лектар, он как рука или нога. Во время полового акта с важной женщиной из нее выделяется секреция, и если она смешивается с выделениями женщины, образуется та самая взаимосвязь из-за которой мы и можем жить с одной партнершей в любви всю жизнь, – рокочущие нотки возбуждали не меньше слов Аскина.
- И именно это смешение вы и хотите провести сегодня ночью? Во время обряда третьей ночи? – прочистив горло, я спросила, смутно представляя, как пойду заниматься простыми делами после их откровений.
- Да. Будем тебя целовать, поглаживать. И когда ты будешь на пике удовольствия, мы и смешаем наши жидкости. Твою и наши. Без занятий любовью, как ты их себе представляешь. Не при них, сидящих за ширмой.
- Увы, ничего более серьезного не будет. Как только мы пройдем сам обряд, получив обоюдное удовольствие, мы сможем лечь спать до самого утра, отправив их по домам, – тяжко вздохнул Аскин, явно не ощущавший себя довольным от вырисовывающихся перспектив.
- Они должны следить лишь за тем, чтобы мы не принуждали тебя и не делали тебе больно. Порой случается разное, и возможная супруга имеет право отказать настойчивому партнеру в самый последний момент.
Я фыркнула, ведь отказываться ни от чего не планировала и не собиралась.
- Вы меня своими полу правдами с ума сведете! Рассказывайте быстро, как ваш лектар действует и как я должна буду реагировать на вас во время обряда.
- Реагировать нужно, как чувствуешь.
- А лектар, он как палец, что будет ласкать тебя в самом сокровенном месте. Растягивать под нас, чтобы потом неприятных ощущений не возникало. Пусть и не этой ночью, но мы не отпустим тебя, не надейся. Вот как проснемся, так и продолжим наш собственный обряд, – прикусив мочку моего уха, Аск замолчал.