— Не надо смотреть на вещи столь мрачно. Я же сказал — важен тот опыт, который человек приобретает в похожих ситуациях. А опыт, как известно, дело наживное. Надо только не складывать его про запас, как старые вещи в кладовку, а думать о нем, разбираться в нем. Мы же с Вами говорили — для того, чтобы себя понять, надо анализировать свои поступки в разных ситуациях и то, чем они вызваны.
— Только-только стало что-то понятно — и опять все запуталось.
— Ничего, постараемся распутать. Тем более, что Вы приобрел и очень интересный опыт. Вот мы с ним и разберемся до конца.
— Что Вы имеете в виду?
— Я имею в виду то, чем кончилась история с огнями. А кончилась она весьма и весьма неплохо. Ведь если бы Вы не стали размышлять о том, что с Вами произошло и почему это все произошло, ничего бы не изменилось. Тхорн внес бы еще десяток поправок, и вы продолжали бы видеть то же, что видят они. Но Вы задумались — и Ваш опыт перестал быть мертвым грузом. Вы начали с ним работать.
— Тайная работа души? — вспомнил Васюта.
— Она самая. Давайте восстановим ход Ваших мыслей. Сначала Вы поняли, что, хотя все видят одно и то же, это вовсе не означает, что они правы.
— Ну конечно. Ведь если бы они были правы, то эта их Сфера не сжималась бы.
— Да, это помогло Вам разобраться в ситуации. К сожалению, в жизни правоту или неправоту не так легко проверить. Затем Вы поняли, что заставляет Вас видеть то же, что видели и все остальные.
— Да, страх оказаться не таким, как все. Мы об этом уже говорили.
— Ничего, не грех и повторить. Это важно. А затем Вы сделали решающий шаг — поняли, как можно выйти из этой ситуации. И даже выразили Ваше понимание в весьма удачной формуле.
— Разве?
— Ну конечно. Вспомните-ка.
И Васюта вспомнил. Не бояться. Не бояться быть не таким, как все. Верить себе и не бояться.
— Прекрасная формула, — сказал Василий Федорович. — А главное то, что она Ваша, собственная.
Конечно, я мог бы просто сказать Вам ее, объяснить наконец… Но она осталась бы для Вас чужой и не принесла бы большой пользы. А теперь Вы извлекли ее из собственного опыта. Вы ее прожили — и она Ваша. И что бы с Вами ни случилось — Вы всегда будете ее знать. И будете знать, что Вы это можете. — Что могу?
— Во-первых, когда Вы столкнетесь с такой ситуацией в жизни, Вы сможете противостоять групповому давлению. А его в жизни будет еще немало — уверяю Вас. А во-вторых, Вы научились изменять свой собственный опыт. И это, может быть, еще важнее.
— Вот это я что-то не очень понимаю.
— А как же. Анализируя свой собственный опыт, Вам удалось что-то понять в себе. Вы поняли, что движет Вашими поступками в этой ситуации. Но Вы сделали и нечто большее. Вы совершили новый поступок, изменили ситуацию, приобрели новый опыт. Вы изменили себя — конечно, не во всем, но в чем-то очень важном.
— А разве это возможно — изменить себя?
— Как видите. Но для этого нужно знать себя и понимать, что ты хочешь в себе изменить.
— Да, я помню, мы с этого начали — что нужно знать себя. Теперь я многое понял.
— В таком случае почему же Вы не говорите «Спасибо, я пошел"?
— А я думаю, что Вы мне еще что-нибудь покажете. И объясните.
Василий Федорович удовлетворенно хмыкнул.
— Аппетит приходит во время еды. А что, хочется еще чего-нибудь?
— Очень.
— Ну, раз очень — не могу отказать. Откровенно говоря, я и сам не собирался этим ограничиваться. Кое-что мне еще хотелось бы Вам продемонстрировать. Приступим?
Глава 4. Музей восковых фигур
Скажите, — неожиданно обратился к Васюте Василий Федорович, — в музее Вы давно не были?
— В музее? — От неожиданности Васюта даже растерялся. — Смотря в каком. Вообще-то давно.
— А в музее восковых фигур Вам бывать не приходилось?
— Разве у нас такой есть? Ведь он же, по-моему, в Англии. Я читал. Музей восковых фигур мадам Тюссо.
— Совершенно верно. Очень известный музей, можно сказать — знаменитый. Мы, конечно, не мадам Тюссо, но и у нас кое-что имеется в таком роде. Не желаете ознакомиться?
— Конечно, желаю. Только как же наши занятия? — Это входит в наши занятия.
— Понятно. Опять будет какая-нибудь ситуация? — И не одна.
— Может, Вы мне сначала объясните, что к чему?
— Конечно, объясню. Только не до, а после. Вы ведь, по-моему, уже поняли, что в ситуацию нужно включиться, прожить ее, приобрести опыт. Тогда и объяснения пойдут на пользу. Кое-какой опыт Вы уже приобрели.
— Да уж. Такой опыт не скоро забудешь.
— Его и не надо забывать. Им нужно пользоваться. Может быть, Вам удастся использовать его даже сейчас, в музее.