Виолетта вбежала в «Людо», задыхаясь и размазывая слезы по щекам. В висках стучало. Она только сейчас начала понимать, что произошло. Андрей крикнул ей: «Беги!» — и она побежала, не раздумывая, не разбирая дороги. Она бросила его одного на растерзание каким-то негодяям, а сама унесла ноги, как последняя трусиха. Слезы отчаяния и бессилия струились по ее лицу, застилая глаза мутной пеленой. Мысль о том, чтобы вернуться, мелькнула в ее разгоряченном мозгу, но она вовремя поняла, что от нее там будет мало толку. Надо было срочно найти подмогу!
Первый, кого она увидела, влетев в ресторан со служебного входа, был Веселин. Она чуть не сшибла его с ног.
— Эй, полегче на поворотах, красотка, расшибешься. — Он подхватил ее на лету и заглянул в лицо. — Ба! Да это Виолетта! Куда так разлетелась?
— Где Цеца? Позови ее скорее, — умоляюще проговорила Виолетта. Сама мысль о том, что ей придется разыскивать ее по всему залу, была сейчас невыносима.
— Я бы и сам хотел это знать. И не только я. Коста рвет и мечет.
Виолетта в недоумении посмотрела на него, даже слезы высохли.
— Что смотришь? Она не вышла сегодня на работу, даже не сообщила ничего.
Виолетта развернулась и, не говоря ни слова, бросилась вон из ресторана.
— Постой! Ты куда? — крикнул ей вслед Веселин, но она была уже далеко и не ответила ему или не захотела отвечать. — Совсем девчонки с ума посходили, — покачал головой Веселин. — Одна исчезает неведомо куда, другая носится, как угорелая кошка. Дела!
— Ты не понимаешь, — растолковывала Ивану Цеца. — Дело даже не в том, что они сделали со мной. Самос ужасное, что мне это понравилось. Вернее, не понравилось, а… — Она замялась.
— А что? Ты говори, говори, я внимательно тебя слушаю, — сказал Иван, понимая, что ей сейчас нужно выговориться до конца. — Ты что-то почувствовала?
— Вот именно. Как бы тебе это объяснить. Я получила удовольствие. Ну, в сексуальном смысле. — Она покраснела и сделала вид, что что-то ищет в сумочке.
Иван улыбнулся ее смущению. Они провели вместе целый день, и только сейчас она, наконец, расслабилась и заговорила о том, что ее мучило больше всего.
— Что ты все ходишь вокруг да около? У нас, художников, принято называть вещи своими именами. Ты кончила вместе с ними, так, что ли?
Цеца кивнула. Щеки ее разгорелись так сильно, что, казалось, тронь — и брызнет кровь.
— А в чем, собственно, проблема? — Иван прикурил сигарету, со вкусом затянулся и, выпустив колечками дым, протянул ей. — Ты их как-то провоцировала?
— Нет.
— Ты могла убежать и не сделала этого?
Цеца отрицательно мотнула головой.
— В такой ситуации есть одно золотое правило: «Если не можешь ничего изменить, расслабься и получи удовольствие». Что ты и сделала.
— Но я не хотела!
— Чего?
— Чтобы мне было хорошо.
— То есть ты хотела, чтобы тебе было плохо? Абсурд!
Цеца возбужденно ударила себя кулачком по колену:
— Но это неправильно. Так не должно быть!
— Либидо, — торжественно изрек Иван. — Неуправляемая вещь. Может быть, сегодня ты узнала о себе что-то новое, и теперь твоя сексуальная жизнь станет богаче.
Цеца не выдержала и захихикала.
— Ты все-таки потрясающий тип, Иван. Хорошо, что ты приехал именно сегодня.
В дверь постучали, вернее, замолотили кулаками. Цеца, мгновенно побледнев, вцепилась в руку Ивана.
— Цеца, ты здесь? Открой! — раздался из-за двери знакомый голос.
— Это Виолетта! — Цеца вскочила и бросилась к двери. На пороге стояла Виолетта, вся исцарапанная, растрепанная и дрожащая. Цеца схватила ее за руку и втащила в холл.
При виде Ивана Виолетта остановилась как вкопанная, не веря своим глазам. От изумления она не могла вымолвить ни слова.
— Да-да, это действительно я, не смотри на меня как на привидение. Если еще сомневаешься, можешь пощупать. — Иван наслаждался произведенным впечатлением.
— Что с тобой? — теребила ее тем временем Цеца. — У тебя такой растерзанный вид. И где Андрей?
Услышав это имя. Виолетта мгновенно пришла в себя.
— Надо бежать, скорее. Где здесь полицейский участок?
— Куда бежать? Объясни толком, что стряслось.
— Расскажу по дороге. Сейчас нельзя терять ни минуты. Они убьют его, может быть, уже… — Она разрыдалась, не в силах больше сдерживаться.
Иван вскочил, схватил ее за плечи и силой усадил на стул. Она отбивалась, что-то кричала, но он не слушал и крепко держал ее.
— Цеца, принеси воды. Быстро! — Иван опустился на колени перед Виолеттой и, на всякий случай, придерживая ее руки, ласково спросил: — Что случилось, девочка? Будет лучше, если ты успокоишься и расскажешь все по порядку.