Атанас даже присвистнул:
— Вот так сюрприз! Знакомая вошь.
Он подошел к Цеце, взял ее за волосы и приподнял.
— Чье это?
— Не знаю.
— Знаешь. По глазам вижу. Ну-ка, Станчо, вправь ей мозги.
Станчо шагнул к стазу и рывком раздвинул ей ноги. Атанас тем временем высыпал содержимое рюкзака на ковер и принялся рассматривать. Белье, карандаши, крем для загара, знакомый купальник. Из кармашка змейкой выскользнул медальон на золотой цепочке. Он не раз видел его на шее Виолетты. Он порылся в кармашке и извлек фотографию: Виолетта с какой-то женщиной, очень похожей на нее. Наверное, это и есть ее мать. Виолетта улыбалась ему с фотографии.
Атанас стиснул зубы. «Смейся, смейся, лапочка, недолго уже осталось. От меня не уйдешь».
Он тяжело поднялся с пола и подошел к столу, где вовсю пыхтел Станчо. Не обращая на него никакого внимания, Атанас ткнул фотографию в лицо Цецы:
— Знаешь ее?
Девушка только замотала головой. Она вдруг почувствовала приближение оргазма. Мозг сопротивлялся изо всех сил, но тело вышло из-под контроля и властно требовало своего. Она вцепилась в плечи Станчо, как бы умоляя его не останавливаться.
— Не ломай кайф… Атанас, — в такт ударам бормотал Станчо. — Потом… все узнаешь.
Цеца вдруг громко застонала, крепко обхватив его ногами. Станчо толкнулся в нее последний раз и упал головой на ее живот. Оба тяжело дышали. Атанас, ухмыляясь, смотрел на них с высоты своего роста.
Взяв Станчо за шиворот, он легко отбросил его в сторону и снова подступил к Цецe:
— Ты знаешь ее? Последний раз спрашиваю.
Она молчала. Атанас схватил ее за горло и крепко сжал. Лицо ее посинело, глаза вылезли из орбит, она задыхалась.
— Оставь девчонку, Атанас, — примирительно сказал Станчо. — Может, она, и правда ничего не знает. Знала бы, давно уже сказала.
Атанас отпустил Цецу. Она схватилась обеими руками за горло, жадно хватая ртом воздух.
— Ты прав. — Он наклонился к Цеце: — Мы уходим, но еще вернемся, так и знай. И если ты кому-нибудь хоть словечко вякнешь, берегись.
Он поднес к ее лицу растопыренную ладонь с хищно согнутыми пальцами. Она как загипнотизированная смотрела на его руку, не в силах пошевелиться.
— Кажется, поняла. Пошли, Станчо.
Тяжело ступая, он направился к двери. Станчо последний раз взглянул на Цецу и поспешил за ним.
— А вот и указатель, смотри. — Виолетта указала рукой на придорожный щит. — «Нос Калиакра, 16 километров». Значит, нам направо.
Они быстро проскочили какой-то серый горелок, сплошь состоявший из заводских труб и барачного типа домов, и выехали на плато. Мимо замелькали квадраты полей: зеленые — кукурузы, ослепительно желтые — подсолнухов, выстроившихся, как на параде, синие — винограда. Над всем этим великолепием сиял огромный диск солнца.
— Ван Гог, — восхищенно проговорила Виолетта.
— Что? — переспросил Андрей.
— Ван Гог! — крикнула Виолетта, пытаясь перекрыть свист ветра и шум мотора. — Только у него нашлись бы достойные краски, чтобы изобразить все это. — Она взмахнула руками, словно хотела обнять открывшуюся ей красоту.
Андрей искоса посмотрел на нее. Волосы развевались по ветру, лицо сияло.
— Точно. «Подсолнухи».
— И «Виноградники в Арле». Если бы мы не знали, что он писал их во Франции, можно было бы подумать, что он бывал здесь.
Поля остались позади. Потянулась полоса выжженной солнцем изжелта-красной каменистой земли. Вдали блеснуло море. На обочине дороги стояла неказистая будка, неизвестно откуда взявшаяся в этом диком краю. Из будки выскочила женщина и отчаянно замахала им руками. Андрей притормозил.
— Узнай, пожалуйста, что ей надо.
— Я, кажется, догадываюсь. Денег. Сейчас выясним сколько.
Виолетта перебросилась с женщиной несколькими фразами и повернулась к Андрею.
— Я была права. Они берут с иностранцев по пятьдесят левов за въезд на Калиакру.
— Вот, отдай ей. — Андрей протянул Виолетте банкноту. — А как она узнала, что мы иностранцы?
— Ты слишком высокого мнения о моем болгарском. У меня жуткий акцент. Не забывай, я здесь живу не так давно. — Виолетта улыбнулась, вспомнив слова Ани. — Одна девушка мне забавно сказала: «Ты говоришь вроде на болгарском, а вроде и не совсем».
— Действительно забавно. А кто она была?
— Проститутка из Варны.
— Классные все-таки у тебя знакомые.
— И не говори. Я тут много чего насмотрелась. Она была одна из тех, кто помог мне сбежать от отца.
— Скучаешь по нему?
Виолетта задумалась.