— Не спится? — услышала я за своей спиной голос Тамира.
— Нет… — ответила, не поворачиваясь. — Просто решила немного полюбоваться на звёзды. Знаешь… в городе такого увидеть нельзя, — я улыбнулась. — Нечто подобное я видела только когда была в горах. Представляешь, там, в доме Эверио, в комнате Макса в мансарде огромный стеклянный потолок. Можно лежать и смотреть на небо не выходя из дома, — я посмотрела на Тамира. На его лице явно выразилось неодобрение. — Нет, не подумай плохого. Макс мой друг, тем более что с нами была Окси…
— А кто такой Макс? — поинтересовался Тамир.
— Парень… он учил нас кататься на лыжах.
— И… насколько я помню, в доме было только два этажа, — задумчиво добавил учитель.
— Так и думала, что ты там бывал, — ответила я, снова поднимая взгляд к звёздам. — Я жила в твоей комнате. Там такая же дверь с нарисованной золотой книгой, да и внутри всё так же, как и здесь… почти. А что касается мансарды… Макс говорил, что его Эви построил её специально для него.
— Даже так? — Тамир скептически приподнял бровь. — Эви? Интересно… И как тебе Эверио?
— Странный он… — задумчиво проговорила я. — Почему-то я представляла его себе совсем другим. А, в итоге, он оказался ещё хуже Лита. Самовлюблённый, жестокий, властный, мне даже показалось, что ему нравиться выводить меня из себя.
— Значит, он ни капельки не изменился, — отозвался Тамир, улыбаясь. — Хотя я бы добавил к твоему списку ещё пару характеристик… Рио жуткий авантюрист, никогда и ни в чём не ищет лёгкого пути. Идёт напролом и всегда добивается своей цели. Романтик, хоть и упорно это скрывает, а ещё он безумно любит свободу. Вот без чего он бы не выжил.
— Вижу, ты хорошо его знаешь.
— Ещё бы! — ухмыльнулся учитель. — Я успел хорошо его изучить за полтора века дружбы.
— Я даже представить себе не могу, что могло случиться, что так повлияло на ваши отношения.
— Это не важно… уже, — грустно ответил он. — За последние двадцать три года мы с ним ни разу не встречались.
— Грустно всё это. А знаешь, что в этой истории самое печальное? То, что из-за вашей ссоры Тарша и Литсери не могут быть вместе.
— Что? — удивлённо воскликнул Тамир. — Если кто и виноват в их проблемах, то это сам Лит. Как ты успела заметить, для него наш дом был всегда открыт. Но он даже не пытался поговорить с Таршей. Ему было проще чувствовать себя преданным и оскорблённым! А ведь если бы ни его выходка с твоим участием, они бы, возможно, помирились. Но нет! Для этого глупца жажда мести оказалась важнее собственного счастья!
— Он сказал мне, что осознаёт свою глупость, — спокойно добавила я, пытаясь найти на небе столь любимое мной созвездие Ориона. Вот сколько ищу, ещё ни разу не находила…
— И с каких пор вы начали вести задушевные беседы? — удивился мой собеседник.
— Было дело, — отмахнулась я. — Просто, я почувствовала его боль. Он на самом деле любит Таршу.
— Знаю, — грубо ответил учитель, тоже поворачиваясь к небу. — И, поверь мне, как только он полностью осознает свою вину, поймёт, что потерял, то сразу же сообразит, как всё исправить. Он же ученик Рио, а тот никогда не сдаётся. Ни при каких обстоятельствах, и Лита он воспитал по тем же принципам.
— Хотелось бы в это верить… — усмехнулась я, и тут же вспомнила то, о чём собиралась спросить учителя. Думаю, момент сейчас наиболее подходящий. — А почему ты никогда не рассказывал о Нии?
Тамир повернулся ко мне. В его лице читалось неподдельное удивление.
— Тарша сказала? — спросил он.
— С чего ты взял? — возразила я, не желая подставлять его племянницу. А вдруг это какая-то старая семейная тайна?
— А больше некому, — хмыкнул он. — Да, Тиана, ты правильно подумала, даже в моём идеальном шкафу есть свой скелет.
Он не злился. Я чувствовала это. Мне даже показалось, что он сомневается, стоит ли мне рассказывать о сестре или нет.
— Ладно, — сказал он вслух. — Если тебе настолько интересно — слушай.
Мы прошли на широкую часть балкона, где был большая деревянная беседка.
— Я вся внимание, — скрывать своё разыгравшееся любопытство не было никакой надобности. К тому же сейчас все мои эмоции полностью отражались на лице.
— В общем, Ния младше меня на тридцать пять лет, и когда наши родители погибли, её воспитание полностью легло на плечи деда. Она тогда была совсем маленькой и едва научилась говорить. Яромир, мой дед, души в ней не чаял и старался всячески баловать. Ей было позволено многое из того, что запрещалось остальным, любой её каприз сразу же исполнялся. Одним словом из неё выросла своевольная, наглая, эгоистичная особа с постоянной астрономической жаждой авантюр. В общем, когда Яро решил, что жизнь его прожита, и перестал использовать энергию, Ния была шокирована. А после его смерти она вообще перестала держать себя в руках, — Тамир повернулся ко мне. — Тиа, ты даже не представляешь, что она тут вытворяла! Город трижды горел, а в третий раз она решила потушить его, вызвав огромную волну с моря. И её совсем не волновало, что после этих выкрутасов с лица земли был практически стёрт не только Дом Солнца, но и все населённые пункты на несколько километров вокруг, — он улыбнулся. — Она, конечно, потом принимала участие в восстановлении и даже купол придумала, но это её абсолютно ничему не научило. Её выходки повторялись снова и снова, и я терпел, ровно до того момента пока она не решила, что жизнь пора менять, и переписала абсолютно все законы в уставе нашего города. А после, без моего ведома, представила своё творение на Совете, и даже собрала подписи со своей группы поддержки. Представляешь, тогда перед зданием Совета собралось не меньше тысячи жителей с плакатами и транспарантами. Она почти свершила свою маленькую революцию в Доме Солнца, но, к счастью нам удалось убедить жителей, что большинство их требований противоречат нашей безопасности. Хотя с того момента система управление поменялась в корне. Теперь же, если у кого-то возникает идея по какому-то новому закону, или любое другое дельное предложение, ему достаточно записать его на бумаге, собрать не меньше сотни подписей и принести на Совет, который проводиться ежемесячно. Поэтому сейчас Дом Солнца считают самым демократичным из всех наших поселений.
— Вот видишь, даже такие, как твоя сестра могут приносить пользу, — улыбнулась я.
— Думаю, понятно, что после этой мини революции, Совет настоял на том, чтобы выгнать её. И она ушла… Хотя, имеет полное право вернуться в любой момент, и её не сможет ничего задержать, ведь купол, главная охранная система всего города — её рук дело.
— И давно она ушла? — поинтересовалась я.
— Точно не помню, кажется в двадцатых годах прошлого века, — ответил учитель. — Я понятия не имею, куда она отправилась, и как теперь живёт. Лишь иногда до меня доходят обрывки слухов о её очередной выходке.
— И ты даже не пытался её искать? — удивилась я.
— Нет! Пусть лучше крушит что-нибудь другое, этот город уже достаточно от неё натерпелся. Да, и к тому же, искать её не зачем. Она всегда в самой гуще событий. Особенно её увлекает история… И, насколько я знаю, сейчас она ударилась в раскопки. Катается по миру, ищет старинные артефакты, изучает древние рукописи. В общем, я спокоен за неё.
— Мне было бы интересно с ней познакомиться, — я с улыбкой посмотрела на учителя.
— Лучше не стоит, — ответил он с усмешкой. — Тарша тоже когда-то изъявляла желание отыскать тётку, но трудно найти ту, что постоянно меняет имена, и чьей внешности ты не знаешь. Когда Ния уезжала, естественно, был скандал. И она забрала с собой абсолютно все свои вещи, всё, что хоть как-то было с ней связано. После этого в доме почти не осталось мебели. То, что она не смогла унести, было демонстративно сожжено во дворе. Так что теперь, у меня нет ни одной её фотографии.
— Вот это да! — восхищённо сказала я. Таких безбашенных особ мне ещё встречать не доводилось!
— Ага… так что сестрёнка у меня личность известная, — Тамир улыбался, вспоминая её проделки.