— Простите меня за вынужденное ожидание, надеюсь, вы уже определились с татуировкой? Мы можем приступать к работе? — судя по удивленному взгляду, таких слов Рирко ожидал меньше всего.
— Я хочу космос. Чтобы помнить о нем на земле, — уверенно ответила девушка, сидевшая в кресле для работы, а не в зоне отдыха.
Решив не сопротивляться ее напору, я кивнула и устроилась на табурете мастера.
— Отличный выбор. У нас множество изображений. Не скажу, что на любой вкус, ведь каждый наш клиент прежде всего индивидуальность, но я смогу набросать что-то, подходящее только вам. Для нас наши клиенты самодостаточные личности, достойные лучшего. Поверьте, много времени подобное не займет.
— Алина, тебе что-то еще нужно? — спросил асканец, привлекая мое внимание, заметно при этом нервничая и не понимая, с чего это я так резко поменяла стратегию.
Я ведь не собиралась скакать перед ней зайчиком, как сам Рирко надеялся.
— Нет, спасибо. Дальше мы справился сами. Хотя… — я улыбнулась клиентке и повернулась к коллеге. — Можешь сделать так, чтобы нам не мешали?
— Конечно, могу. Удачной работы. — Рирко вышел и закрыл за собой дверь с едва слышным шипением.
Сама клиентка выглядела непривычно, но и не совсем по-человечески. Синие чешуйки у висков шли по росту волос и обрамляли длинные пряди, убранные в косу. Выглядело это так, если бы ее постригли под горшок, а затылок выбрили подчистую. Там тоже располагались чешуйки, и они же виднелись у ногтевых пластин до второй фаланги каждого пальца. Ромбообразные зрачки и восточный разрез глаз. Мелкий нос с ноздрями — щелками. Пухлые кукольные губки, уголками тянулись к мочкам ушей. Очень красивая девушка-ворг была достойна чего-то большего, чем холодный и безликий космос.
— Он слегка навязчивый, — сказала клиентка, внимательно рассмотрев меня. Судя по ее реакции, строгий контроль я прошла. — Наверное, новенький?
— Нет, что вы, — я рассмеялась от такого вывода, сделанного на основе двух встреч с владельцем студии. — Скорее, вы его впечатлили. Не каждый день к нам заходят капитаны столь больших судов.
— Я старшина, — презрительно фыркнула она, но ее самооценке явно польстило мое предположение.
— Прошу меня простить, если мои слова вас оскорбили. Я слишком далека от армии, флота и принятых званий в подобных инстанциях. Гражданская, что с меня взять, — улыбнулась я, желая показать свою отсталость.
— И чем же вы занимаетесь? Вот это — ваша единственная мечта? — она обвела рукой кабинет, показав явное презрение.
— Моя мечта, если быть искренней, это собственный домик, пара детишек и огромнейший палисадник с разнообразными цветами. Всеми, до которых я смогу дотянуться своими загребущими ручками. А салон… Он промежуточная стадия от первой заработанной единицы средств до исполнения мечты.
— Палисадник? Не знаю такого слова. Что оно обозначает? — она подалась вперед, явно заинтересовавшись.
— Сад, но в котором растут только цветы и цветущие кустарники. Иногда плодоносящие культуры, — я улыбнулась, стоило ее брови картинно взлететь вверх. — Если работать над ним с умом, то цветение будет поочередное. Одни растения начинают ронять свои лепестки, а другие только распускаются. Подобное чудо ярких красок и незабываемых ароматов можно растянуть от первого месяца весны до поздней осени. До заморозков и опадающей листвы.
— Откуда вы? — по ее виску скатилась крупная капля пота.
И тут я подключилась через промт и отдала приказ понизить температуру в комнате на пять градусов. Своего я уже добились и можно было приступать к следующей части моего плана.
— Это достаточно долгий разговор, и если вам действительно интересно, то я предлагаю переместиться в более удобное место и выпить освежающей воды. Видно, сегодня опять барахлит система вентиляции нашей станции. Хорошо еще, что балуется лишь температура, и она не падает ниже нуля.
— Она у вас повышена. Причем вами же, — у нее, как оказалось, был такой же последний чип, что и у меня.
Тот же Рирко пользовался более старой моделью и отследить бы не смог, кто именно изменил температурный режим.
— Да. Приходиться держать ее на подобном уровне. Сделав ее на пять градусов ниже, без постоянного движения человек будет чувствовать холод. К тому же, тогда программа начинает снижать обогрев и без команды.
— На кораблях всегда холодно. Я привыкла. Здесь мне слишком жарко, — отмахнулась клиентка.
— А мне нет. Никогда не любила холод, — передернув плечами, призналась я. — В моем мире в это время года тепло, если не жарко. Солнце греет, лаская своими лучами… Волшебное слово — лето, и этим все сказано.