— Кто ты такой, Данте? — больше для себя спросила она.
— Обычный человек, — ответил демон, крадя ещё несколько печений.
— Обычного в тебе примерно столько же, сколько во мне голоса… Ты вообще ни разу не обычный человек.
— Рад, што ты шаметила, — уминая печенье, подметил Данте, — Я весь такой…
— Необычный, ага. И дурной, — закончила за него Селин, — Погоди ты немного…
Они взяли печенье и какао, направляясь в комнату.
— Тут стекло повсюду… Придётся нам немного прибраться. Но потом ты расскажешь про эти свои способности, — она взглянула на него серьёзно и демон понял, что она не отстанет и он не отвертится, — Чего ещё мне ждать от тебя, Данте?
— Что ж… Я постараюсь тебя удивить, — хитро ответил демон, тихо крадя ещё одно печенье.
VII. Одиночество
♪ Syml — Symmetry (Piano Solo) ♪
— Ну, я… Просто… Знаешь…
Данте украдкой поглядывал на сидящую рядом Селин, вертя в руках символ на цепочке. Она не сводила с него взгляда в ожидании продолжения истории. Титры закончившегося фильма тихо бежали друг за другом, играя на фоне музыку в тишине их ночи. И отпускать его она явно не собиралась. Ей нужно было знать всё. По крайней мере всё то, что он захочет ей рассказать. И Данталиан понимал, что пусть она и не озвучила, но это было условием продолжения их общения. И, временно смирившись с тем, что ему это общение зачем-то нужно, он принялся говорить дальше.
— Да я родился таким, вот и всё. Я понял, что могу читать чужие мысли, когда стал более осознанным созданием и… — демон замолчал, подбирая слова и мысли так, чтобы не казаться ей более странным, чем он был для неё сейчас.
— Что и? Не останавливайся.
— Я был беспокойным существом. Потому что поначалу это было ужасно. Я не мог это контролировать и слышал абсолютно всех. Сотни голосов просто взрывали мой разум. День за днём.
— Наверное, тебе было очень плохо.
— Не могу сказать, что плохо. Скорее — невыносимо, — Данталиан задумался на минуту, а затем усмехнулся, вспоминая, — Но я быстро привык и адаптировался. Мне приходилось выживать, ведя борьбу внутри и снаружи. Поэтому у меня не было времени на то, чтобы думать, каково это. Я просто пробирался вперёд, к своему положению. И эта способность мне весьма помогала.
— Кажется, у тебя было тяжёлое детство.
— Я так не думаю. Там, где я вырос — это в порядке вещей. В этом нет ничего такого, — он заметил немой вопрос в её глазах и сразу пресёк его, — Не спрашивай, где я жил. Я не скажу. Пусть это останется моей тайной.
— Хорошо…
— В конце концов, именно мой путь определяет моё настоящее. И я не жалею ни о чём. Теперь я силён и с каждым днём моя сила растёт. И однажды…
— Однажды что? Не молчи! — Селин в нетерпении придвинулась ближе, ткнув в него пальцем.
— Однажды я дойду до конца, до победы, — он закончил фразу мысленно, чтобы она не услышала его, — И смогу сам руководить своей жизнью.
— К чему ты стремишься, Данте? Чего ты хочешь?
Демон задумчиво повертел символ в руках, смотря на него и думая над этим вопросом. Он улыбнулся своим мыслям и перевёл взгляд на неё.
— Хочу жить в своё удовольствие.
Селин захихикала, покачав головой.
— Чего?
— Я уж думала, ты выдашь что-то в духе «власти над миром»… А это… Это желание можно осуществить уже сейчас. Просто делай то, что тебя радует.
— Например…
— Нуу, напримееер… Я не знаю, хочется смотреть кино — смотри. Хочется гулять — гуляй. Хочется выкинуть какую-нибудь ерунду — сделай это. Главное, не забывай, что ты в этом мире живёшь не один и тогда всё будет в порядке.
— Как это не один?! — он свёл брови, изучая её тяжёлым взглядом, не понимая, с чего она взяла, что он не один.
— Ну, как-как! Тебя повсюду окружают другие люди. Вот я рядом лежу, например. И твои действия не должны причинять вред другим. Вот и всё.
— Такая ты странная.
— Сам такой.
Они замолчали, размышляя о сказанном только что друг другу. Данте внезапно осознал, что никогда не разговаривал ни с кем о чём-то своём, о чём-то личном. Никогда не говорил о себе. Все его действия так или иначе были нацелены на то, чтобы ворошить чужие души, узнавать чужие желания. И никто никогда не спрашивал у него — чего же хочет он. Данталиан слегка улыбнулся, смотря на Селин, чувствуя, как приятно это было — отвечать на такие вопросы. Как приятно грело то, что кому-то это было интересно.
— Я никому из людей не рассказывал об этом.
— Я что ли первая?
— Я вообще хотел просто подшутить над тобой, — демон нагло улыбнулся, вспоминая тот день в парке, — А потом понял, что ты никому не расскажешь, ну и… Хотелось увидеть, как ты отреагируешь. Думал, испугаешься и убежишь, а ты такая приставучая оказалась…