Селин весело улыбнулась, хихикая у него в мыслях и толкая в плечо.
— То есть… Погоди-погоди! — она снова захихикала и демон подозрительно посмотрел на неё, — Ты сам приходишь ко мне, а приставучая тут я?!
— Именно ты… — пробубнил Данте, думая о том, что прав на сто процентов, потому что она каким-то наглым образом обосновалась в его мыслях.
— Ладно. Допустим… И что, как тебе живётся с этой твоей способностью сейчас?
— А как тебе живётся с этим твоим талантом ерунду всякую выдумывать?
Селин непонимающе пожала плечами, задумчиво накручивая на палец волосы.
— Да не знаю… Обычно.
— Вот и мне — обычно.
Она снова задумалась, ложась на спину и смотря в потолок в обнимку с подушкой. Данте с интересом слушал её хаотичные мысли, наблюдая, как она перебирала волосы, явно погружённая глубоко в себя. Мыслей было так много, что он путался в них, различая лишь какие-то неясные обрывки, которые так или иначе касались его самого и его поведения. Демон перехватил её беспокойную руку, заставляя переключить внимание.
— Остановись.
— Данте, а ты говоришь со всеми животными?
— Нет, только с твоим котом.
— Почему?
— Не знаю. Он первый заговорил. Вообще-то он выгоняет меня отсюда с завидным постоянством. Где ты взяла это чудовище?
Селин повернула голову, видя, что он всё ещё держал её руку, замечая кольцо. Она с интересом взяла его ладонь, начав аккуратно изучать вещь, перебирая пальцами. Данте удивлённо приподнял бровь, чувствуя лёгкие покалывания шторма, но мешать не стал.
— Это, на самом деле, интересная история… Примерно год назад я как-то пришла домой и увидела сидящего под моей дверью кота. Я подумала, что это соседский, постучалась в квартиры рядом, но никто его не признал…
Данте слушал её, смотря и чувствуя, как она с полным сосредоточением мягко проводила по его руке, обрисовывая дорожки вен и изгибы пальцев. И это ощущение не раздражало его.
— Я открыла дверь, хотела вынести ему что-нибудь поесть… А он зашёл быстрее, чем я что-то поняла и просто лёг на кровать и уснул. В общем, так и остался у меня. Гордо вытерпев все экзекуции в виде ванны с мятным шампунем и сушки феном…
— Представляю его недовольную рожу в этот момент, — Данте рассмеялся, размышляя о том, что вся эта ситуация с котом весьма необычна.
«Нужно будет выяснить, кто он такой и зачем он здесь…»
— Данте, я всё думала… Я не понимаю, как ты ушёл тогда? Я не помню, чтобы закрывала за тобой дверь.
— Конечно, не помнишь! Я ведь тебя едва разбудил. Так крепко ты спала.
— Надо же… Обычно я очень чутко сплю…
Демон пожал плечами, улыбаясь, рассматривая её задумчивый вид. Селин подняла глаза и, поняв, что увлеклась, отпустила его руку, возвращаясь к объятиям с подушкой и слегка улыбаясь.
— Ты так мало рассказал. Я по прежнему почти ничего о тебе не знаю.
— Что ещё ты хочешь знать?
— Да что угодно… Где ты работаешь? Чем занимаешься? Где живёшь? С кем?
Данте громко вздохнул, понимая, что почти на все эти вопросы придётся юлить и что-то изобретать. Он прикрыл глаза рукой, размышляя, и тихо опустился на подушку. Селин с интересом перевернулась на живот, ложась близко к нему и подпирая лицо ладонями. Он чуть повернулся, встречаясь с её любознательным взглядом. Демон поднял руку, ловя прядь её волос и повторяя то же закручивающее движение, что недавно делала она. Пытаясь понять — зачем она это делала и для чего.
— Живу один. Далеко отсюда… Работа… Ну… В целом, я заключаю сделки.
— Что-то продаёшь? Что?
— Скорее выкупаю… Всё, что есть ценного у людей.
— Хмм… А как проводишь свободное время?
— О, я очень весело провожу это время! Ты не поверишь…
— Ну? Расскажи же!
Демон приподнялся на локте, улыбаясь своей самой лукавой улыбкой, и начал говорить, придав таинственности голосу и заглядывая прямиком в штормовые глаза.
— Пробираюсь в одну маленькую квартиру прямиком через балкон, чтобы попить какао с печеньем, посмотреть кино в компании одной полоумной и поругаться с её отвратительным котом.
Селин рассмеялась, роняя лоб в ладони.
— Дурной…
— Ах да, параллельно со всем этим слушаю тот бред, что витает в её мыслях и, конечно же, периодически ловлю на разных оскорблениях моей безупречной персоны… И это совершенно безосновательные оскорбления, между прочим!