— Не обращай внимания. Будь со мной.
Селин обняла его крепче, прижимая к себе, неосознанно погружая демона в самое сердце шторма своей энергии, захлёстывая волнами, заставляя то и дело глубоко вдыхать воздух, пока молнии нетерпеливо покалывали крылья, давая ему волю не сдерживаться в желаниях, слушая в мыслях всё то, чего она хотела, с наслаждением исполняя и наблюдая её удивление, сменявшееся пониманием.
— Боги... Данте... Что же ты творишь...
— То, чего ты желаешь, — он прошептал ей на ухо, зная, как сильно она хотела слышать его голос.
— Как остановить эти мысли...
— Никак... Просто отдайся им.
— Ты чёртов искуситель...
— Он самый, — демон хитро улыбнулся, сжимая её запястья над головой и коварным шёпотом касаясь уха, отчего она тяжелее вздохнула, понимая, что он слышал всё.
— Мне нравится твоя мысль...
х х х
Уголёк мягко запрыгнул на освещаемую светом луны кровать, тихо проходясь по одеялу и пытаясь протиснуться между ними. Наблюдая, как Данте обнимал Селин, накрыв сверху крылом.
— Даже не пытайся пушистый. У тебя не получится. Ты проиграл.
Селин открыла глаза, видя недовольные голубые огоньки. Она натянула одеяло повыше, скрывая улыбку.
— До чего же неловко... Уголёк, не смотри ты так... Ну, извини... Что ещё тебе сказать?
— Я вырву твои перья, потомок курицы... — Мрачно подметил кот, прожигая демона взглядом.
Данте рассмеялся, крепче прижимая Селин к себе и специально начал настойчиво целовать её, слегка наваливаясь сверху.
— Моё сердце не выдержит!
Уголёк громко мяукнул, падая на бок, прикидываясь в очередной раз, закрывая глаза и раскрывая пасть, из которой тут же вывалился язык. Он приоткрыл один глаз, поняв, что абсолютно никто не обратил на него должного внимания. Кот поднялся на лапы, видя, как крепко она обнимала демона, счастливо улыбаясь, пока он что-то шептал ей на ухо между поцелуями.
— Прямо сейчас я ненавижу вас обоих...
Кот выпустил когти, подкрадываясь и саданул по перьям, вырывая парочку. Данте резко обернулся, полыхая живым огнём в глазах, сдерживая себя, чтобы не испепелить пушистого.
— С огнём играешь, — угрожающе произнёс демон, гася пламя во взгляде, пока она не заметила.
Он повернулся к Селин, чувствуя, как она поглаживала его лицо. Он хитро улыбнулся и принялся целовать её с новым запалом под возмущённые вздохи кота. Чёрное невидимое крыло внезапно расправилось, смахивая Уголька на пол. Данте украдкой направил руку в его сторону, посылая небольшой импульс энергии и, ещё не успевший очухаться от падения кот, тут же ощутил головокружение. Поняв, что произошло, он поплёлся в сторону своего спального места, намереваясь отомстить после... Как только он отоспится...
— Потмо... потом... моток... помотомкок куцыцы... — промямлил Уголёк, заплетаясь и тихо падая в лежанку.
Данте победно усмехнулся, слушая тишину со стороны кота. Он провёл пальцами по ключицам Селин, слушая странные мысли, с непониманием смотря в её глаза, пока она думала о том, как сильно хочет, чтобы он не исчезал. Неприятное осознание отразилось на его лице.
Его могли призвать домой в любой момент. И, более того, он мог не вернуться сюда никогда. Демон угрюмо рассматривал её лицо, понимая теперь, почему всем демонам так сильно внушался запрет на связи с представителями иных миров. Ведь, очевидно, эти связи заставляли мыслить иначе. Думать не о нижнем мире, не о душах, не о сделках. А лишь об этом. О том, кто был рядом. О том существе, что привязывало демона к себе самой крепкой связью. Связью, что не существовала в нижнем мире, но всегда жила вне его. Взывая к самому мощному демоническому инстинкту — к желанию обладать объектом своей привязанности. Невзирая ни на какие обстоятельства.
— Данте? Всё в порядке? Ты как-то встревожен.
Демон улыбнулся, проводя пальцами по её лицу, стирая цветные отпечатки краски, водя перьями по плечу и видя, как она мягко таяла от этих прикосновений.
— Если кто-то иной посягнёт на тебя, я его уничтожу. Ты понимаешь, Селин? — серьёзно сказал Данте, — Как бы далеко я ни был... Ты принадлежишь мне.
— Ну как же я могу принадлежать тебе? — она слегка рассмеялась, мягко поглаживая его плечо, — У меня ведь есть свобода выбирать.
Он нахмурился, перехватывая её руки и фиксируя, сильно сжимая пальцами.
— И что ты выбираешь?!
— Очевидно, лежать с тобой в этой постели, — она снова слегка рассмеялась, видя, как на его лице одна эмоция сменяла другую.