— Что именно? — он внимательно глядел в ответ, пытаясь понять её.
— Неизвестность, Данте. Она невыносима, — Селин с грустью улыбнулась, нежно очерчивая пальцами его лицо, — Я никогда не знаю: где ты, с кем ты, когда ты придёшь и придёшь ли вообще. Не знаю — жив ли ты, в конце концов... Иногда тебя так долго нет, что я начинаю думать, что...
— Что со мной что-то случилось, — закончил за неё демон, видя и слыша её переживание, — Но я здесь. И всегда возвращаюсь к тебе, как бы далеко меня ни заносило. Я не могу быть с тобой постоянно.
Селин поднялась, глубоко вздохнув, и отошла к комоду с зеркалом, начав расчёсывать волосы, хмурясь напряжённо.
— Мне не нужно, чтобы ты был со мной постоянно.
— А что тебе нужно? — он подошёл сзади, смотря в отражение и опираясь руками о комод по бокам от неё, — В твоей голове так много мыслей обо мне... Я тебя не понимаю.
Она отложила расчёску и повернулась, прижимаясь поясницей к ящичкам, выражая печаль в глазах, от которой у Данте неприятно скребло на душе.
— Я просто хочу больше ясности. Ты ведь что-то скрываешь от меня, я права?
— Поверь, — он коснулся ладонью её щеки, пытаясь понять, как сделать так, чтобы она снова беззаботно улыбалась, — Знать о моей жизни для тебя небезопасно.
— В коем-то веке я с ним согласен, — муркнул кот.
— И что мне остаётся? Просто смириться и ждать тебя, думая каждый день, появишься ты или нет? Я ведь не железная... Я долго так не смогу, — она свела брови, ища в его глазах ответы.
— Чего конкретно ты хочешь от меня? — демон убрал руку, непонятливо смотря на неё. Селин перехватила его ладонь, возвращая на свою щёку и прижимая своей ладонью поверх.
— Я хочу понять, кто я для тебя и что я для тебя значу.
Данте улыбнулся, ведь у него был ответ на этот вопрос.
— Ты, — он приблизился, отрезая любую возможность как-то выбраться.
— Принадлежишь, — демон улыбнулся своей самой притягательной улыбкой, заканчивая фразу полушёпотом на ухо.
— Мне.
Селин улыбнулась от его голоса, чувствуя, как он забрался под пижаму и то, как начал целовать её шею, то и дело шепча на ухо:
— Ты — моя. И ничья больше.
— Да когда ж вы успокоитесь... — пробубнил кот, закрывая глаза.
Данталиан подхватил её за талию, усаживая на комод и начал снимать верх пушистой пижамы с неё, лукаво улыбаясь и говоря коту мысленно:
— Точно не сейчас. Иди отсюда, мохнатый.
Уголёк жалобно простонал, видя, как Селин абсолютно податливо подняла руки вверх, позволяя раздеть себя и как после с особым пристрастием отдалась поцелую. Кот поднялся, медленно уходя на кухню и бубня себе под нос:
— Вот и надо оно мне было. Сам ведь вызвался от скуки следить за человеком... — он обернулся, крикнув им, — Но кто ж знал, что ты такая неразборчивая! И так легко покупаешься на демонические бредни!
Дверь захлопнулась прямо перед его носом, заставляя оскорбиться до глубины мохнатой души. Гордо задрав морду и хвост, кот прошёл на лежанку, затыкая уши и глаза, в очередной раз радуясь, что голосом она не обладала. Этого он бы точно не выдержал.
х х х
Десяток телевизоров за стеклом витрины магазина крутили одно и то же событие в утренних новостях. Селин остановилась, перестав улыбаться и читая бегущую строку. Данте мрачно встал за её спиной, читая те же строки.
17-ти летний подросток Майкл Фёрст, ранее скрывавшийся, наконец, был задержан сегодня по подозрению в убийстве троих человек: родителей и младшей сестры. Напомним, что это зверское убийство произошло...
Данте одёрнул Селин, слегка разворачивая к себе и повёл прочь, обнимая за плечо. Она явно была обеспокоена увиденным и шла, погрузившись в себя.
— Что с тобой?
— Это так ужасно, — она посильнее натянула рукава на пальцы, поднимая взгляд на равнодушного демона, — Не понимаю, что движет такими людьми... Почему это происходит?
Данте многозначительно пожал плечами, запуская руку в карман джинс. Он вздохнул, видя, что она, кажется, погрустнела от этого.
— В каждом человеке внутри есть тьма, Селин. Абсолютно в каждом. Даже в тебе, такой солнечной и мягкой.
Он улыбался слегка, прижимая её к себе чуть крепче, Селин удивлённо посмотрела на него, слушая внимательно.
— И что во мне за тьма..?
Данталиан оглядел её внимательно, думая, стоит ли говорить или же нет. Он улыбнулся сильнее и прижал к себе в объятия, в шутку говоря на ухо вслух: