— Ты всегда считал меня глупцом, — голос Данте раздался откуда-то с расстояния, — И это твоя ошибка. Ты недооценивал меня, пока я изучал всё, что могло бы помочь мне убить тебя. Сотни лет я искал... И сегодня мне повезло…
Повелитель рычал, отбиваясь когтистыми лапами и ментальной силой от укусов, приходя в ярость с дерзости этого демона. Где-то далеко-далеко в его заплывшем разуме рождались страх и непонимание. Он верил, что здесь, в этом зале, умереть невозможно.
— Представляешь, мне повезло… Когда-то давно ты запер в той темнице одного демона... Свою правую руку. И он отдал мне все свои знания, чтобы отомстить тебе за то, что ты сделал с ним. Он хранил такую интересную тайну… И картинка сложилась.
Девять глаз заметались по темноте и владыка начал прикладывать ещё больше усилий, дребезжа в голове Данте, вызывая боль и звон в ушах. Демон издал крик и тут же постарался отделить своё сознание от его с помощью ментальной завесы. Он рассмеялся, ощущая страх владыки.
— Твой трон не отпустит тебя, ведь так? Не позволит уйти, обрекая сидеть здесь, ведь именно на всех этих душах, как оказалось, и держится наш мир. А ты — не владыка. Ты — просто раб. И ты думал, что её энергия спасёт тебя, что она сядет здесь вместо тебя.
— Мои ищейки уже нашли это создание, — Повелитель засмеялся, чувствуя, как колыхнулась энергия Данте где-то не слишком далеко, — И скоро она будет здесь! Сядет здесь вместо меня, а я, наконец, буду свободен!
Воспользовавшись секундным всплеском энергии, Повелитель, не обращая внимания на паразитов, что пускали кровь по его телу, уцепился своей силой и начал тянуть гранатовое марево. Данте вскрикнул и сжался от боли, ощущая, как его поглощали.
— Ты всегда, — Данте прохрипел, медленно пытаясь отойти дальше, борясь в своём разуме с его силой, — Ты всегда презирал моё любопытство... Но именно оно уже погубило тебя.
Данталиан ощущал, как хватка становилась сильнее и как его притягивало к трону. Он пытался идти к дверям. Он должен был. Ему нужно успеть, пока ищейки не разорвали Селин на куски. Пока ещё был шанс... Но голова так невыносимо сильно болела, заставляя кричать и оступаться на своём пути.
Он должен был дойти...
х х х
Селин тяжело дышала, чувствуя, как обмякает. Рука безучастно упала на бетон подъезда, задевая что-то. Пытаясь сфокусироваться, она пальцами ощупала предмет, что лежал возле неё. Она поняла, не глядя, и это заставило её распахнуть глаза и занести руку. Адский пёс встрепенулся, отрываясь от трапезы и посмотрел на неё. Ей понадобилась всего секунда и все её оставшиеся силы, вдруг взыгравшие самым сильным штормом, чтобы вонзить в красный огонь, взиравший на неё сверху вниз, шпильку одной из своих сапожек. Пёс громко заскулил и начал мотать головой точно бешеный.
Селин понимала, что либо она, либо он. Бояться больше нет смысла. И, яростно крича в своей голове, начала бить руками по несчастному сапожку, вбивая острую шпильку всё глубже, как гвоздь. Зверь заметался, его дезориентированное тело покачнулось и Селин толкнула его, как могла. Пёс оступился и упал на перила, ломая их свои весом и напарываясь на один из металлических прутьев ограды. Издавая свой последний вой.
Селин повернулась в сторону Уголька, замечая, что тот явно был в проигрышном положении. Она схватила первое, что попалось под руку и кинула в существо, которое придавило кота. Зонт ударил пса в бок и тот повернулся на Селин, тут же забывая о том, кто прямо сейчас давал ему отпор.
Уголёк заметил, как пёс потерял интерес и двинулся на неё, и среагировал молниеносно. Вскочив на лапы, он вцепился в шкуру врага и отшвырнул в сторону комнаты. Зверь взглянул на Селин, понимая, что этот — последний. Он должен был спасти её во что бы то ни стало. Решимость зажглась огнём в его глазах. Он прорычал ей что-то и развернулся на уже поднимающегося на лапы демонического пса.
— Я смогу, Селин...
Кот зашипел и побежал прямиком на еще ничего не успевшую понять ищейку, вылетая на балкон. Он вцепился зубами в его шею с такой силой, что дверь балкона утащило вместе с ними. Они падали вниз. Пёс с разорванной шеей и кот, пытавшийся избавиться от тяжелого тела на себе и взлететь вверх. Уголёк извернулся, скинул с себя дьявольское создание и яростно зарычал от боли. Когтистые лапы, что держали его, так сильно зацепились за основание перепончатого крыла, что вырвали его, лишая возможности летать. Ведь с одним крылом можно только падать. И два тела упали, глухо ударяясь о землю.