– Пока. Не будь плохим мальчиком, – пошутила я, – или… Наоборот, будь.
– Я разберусь, – Веня похлопал меня по одеялу и вышел из комнаты, оставив меня в полном одиночестве.
3
Мы вышли из галереи, когда на улице было уже темно. Фонари освещали проспект и редких прохожих. Небо было темное, почти черное.
– Ну что, домой? – Веня слегка поежился, поднимая ворот пиджака.
– Есть еще какие-то предложения? – спросила я, делая со своим пиджаком то же самое. Было прохладно и даже промозгло. Собирался дождь.
– В бар? Мы будем странно там выглядеть, – пробормотал друг, осматривая нас обоих.
– Согласна. Поехали ко мне. У меня еще осталась та бутылка, которую мы не допили в прошлый раз.
– Ты серьезно? Марина, ты слишком скучно живешь. Это было два месяца назад. У меня этой бутылки не стало бы уже через два дня, – воскликнул Веня.
– Ты сейчас близок к тому, чтобы я отменила свое приглашение, – проворчала я.
– Ладно-ладно, – усмехнулся друг, – пойдем, поймаем такси.
Мы сидели в уютной гостиной, которую я обставляла по принципу «меньше вещей – меньше уборки». Здесь был только диван, низкий длинный столик со стеклянным верхом, напротив дивана – широкий телевизор, висящий на кронштейнах, а в противоположном углу комнаты стояла моя гордость – собственноручно собранный мощный компьютер. Он был идеален как для работы, так и для игр. Играми я увлеклась еще в школе. Тогда вышла первая «GTA» от третьего лица, и я «пропала». Веня не разделял моей любви к компьютерным играм, да и в школьное время я не играла так часто, как хотелось бы. «Художка», бассейн и учеба отнимали слишком много времени. Но теперь я могла себе это позволить, поэтому частенько, когда выходные были свободны, я погружалась в виртуальную реальность. На полке над столом стояло огромное множество дисков с разными играми и ПО. Рабочие стояли слева, игровые – справа. Четкое разделение. Четкий порядок.
– Я тебе говорил, что у тебя дома я чувствую себя, как в операционной? – спросил Веня, когда я налила ему виски в стакан, добавила лед и поставила все это на пластиковый квадратный подстаканник.
– Я просто люблю порядок, – невозмутимо ответила я, проделывая то же самое со вторым стаканом.
– Это странно. Ты можешь «забить» на то, чтобы погладить майку или подстричь ногти, но… Черт, в твоем туалете можно есть с пола!
– Именно этим ты и займешься, если не перестанешь приставать ко мне с чистотой моего дома, – спокойно проговорила я.
– Я знаю, почему это происходит, – не унимался друг.
– Правда? – вздохнула я. – И почему же, мой дорогой доктор-психиатр?
– Потому что тебе нечем больше заняться. Ты же только работаешь! Вот скажи, когда ты в последний раз ходила на свидание? – он уложил голеностоп одной ноги на колено другой, рукой опираясь о спинку дивана.
– В прошлом месяце, – ответила я.
– Нет. Это я тебя заставил, – покачал он головой, – когда ты в последний раз сама назначала кому-нибудь встречу?
– Да не помню я! – я начинала терять терпение. – Что ты пристал ко мне? Мне двадцать девять, у меня разгар карьеры, я что, не могу просто не быть зацикленной на отношениях? Это не самое важное в жизни.
– Правда? Когда-то я слышал от тебя совершенно другое.
– Когда-то и у тебя волосы на голове были гуще. Все меняется, – фыркнула я.
Веня сидел с вытаращенными глазами, так и не донеся стакан до рта.
– Ты… Ты хочешь сказать, я лысею?! – голос парня перешел на фальцет.
– Нет, – я снова вздохнула и закатила глаза, – это я так, к слову.
– Точно? – друг с недоверием смотрел на меня.
– Да. Ты просто разозлил меня. Веня, я не прячусь от отношений и людей. Просто мне никто не нравится. Правда.
– Это грустно.
– Грустно, Веня, это когда ты встречаешься с человеком полтора года, и в один прекрасный момент понимаешь, что вас абсолютно ничего не связывает. Когда ты смотришь в глаза этому человеку и видишь в них любовь, но знаешь, что в твоих – только мысли о последнем проекте. И вот это вот – грустно.
– Ты о Юле? – тихо спросил Веня.
– О Юле, о Светочке, о Наташе. Сколько их еще будет? Мне попадались поистине прекрасные женщины. Но ни одна у меня не вызывала таких эмоций, каких бы мне хотелось. Я ничего не могу с этим поделать. Я не могу заставить свое сердце любить.
– Светочка мне нравилась больше всех, – пробормотал Веня, – она была такой… светлой. Ей действительно подходило это имя.
– Да. Поэтому я и сбежала от нее быстрее всех. Мне было так неудобно… Было ощущение, что я пользуюсь ее добротой, ее чувствами. Я знала, что не полюблю ее. Я хотела. Правда, хотела. Но знала, что не смогу. Решила, что я просто не имею права держать ее около себя, в то время как, возможно, где-то ходит тот, в смысле, та, которая ее полюбит. Которая даст ей все то, чего она заслуживает. Я просто понимала, что ни с одной из них у меня ничего не выйдет. Поэтому не заставляй меня ходить на свидания и строить искусственные отношения. Я уверена, что если мое сердце кого-то выберет, я это пойму.