Этими вопросами я задавалась почти два часа. Именно столько я провела в гараже на репетиции. Они пели и исполняли свои песни. Песни были хорошие, но, кажется, ни одной я не слышала. Я просто смотрела на нее и не понимала. Она вела себя так, будто меня здесь не было. Раньше Саша постоянно улыбалась мне, что-то говорила, подмигивала. В этот раз я не была уверена, что она вообще замечала мое присутствие. И это меня сбивало с толку. Я не привыкла навязывать свое общение, но теперь создавалось такое ощущение, будто именно это я и делаю.
Когда я уходила, Саша даже не посмотрела на меня. Не знаю, поняла ли она, что я ушла, и было ли ей вообще до этого дело.
Я медленно шла домой, стараясь не замечать то ноющее чувство где-то внутри. Ощущение какого-то предательства. Я, наверное, была слишком наивной, когда полагала, что у нас с ней что-то вроде дружбы. В конце концов, Гера же говорил мне, что у Саши почти нет друзей. И вряд ли она считает другом семнадцатилетнюю девчонку-ботана, которую видела несколько раз в своей жизни. Тем не менее, мне было обидно. И я почувствовала себя очень глупой. На что я рассчитывала? Что такая, как Саша, станет дружить со мной? С той, которая от слова «охренеть» краснеет? Зря я вообще начала с ней общаться. Что мне, Вени мало? Он принимает меня такой, какая я есть. Такими и должны быть друзья, разве нет?
В субботу я проснулась весьма рано, к своему удивлению. На улице было тепло и солнечно, и просиживать такой день в четырех стенах мне показалось кощунством. Зная, что Веня уехал к родителям, и что он не сможет скрасить мне уикенд, я решила воплотить в жизнь свою давнюю идею, а именно – посетить зоопарк. Но смысл был не просто в посещении этого места, а в том, чтобы сознательно вытащить себя куда-нибудь на прогулку. Туда, где люди, общество, но в то же время наслаждаться уединением самой с собой. Я где-то читала, что это неплохой способ отдохнуть и получить радость от общения с самым главным человеком – твоим «я». Поэтому я собралась, привела себя в порядок, и через час уже входила в красивые ворота «Центрального зоопарка». В моих ушах играла музыка, я радовалась уже теплым солнечным лучам и, не торопясь, шла вдоль широких просторных вольеров, сжимая в руке брошюру с картой зоопарка. Это был целый город, в котором без труда можно было заблудиться. Благо, тут и там были таблички и указатели с надписями, где и какие животные находятся поблизости, и в какую сторону двигаться к выходу.
Я прошла почти треть зоопарка, когда мое внимание привлекло скопление народа у одного из вольеров. Я подошла поближе и увидела, что это клетка с медведями. А через пару мгновений стало ясно, что именно вызвало такой ажиотаж публики – бурый мишка лежал на спине и, смешно раскинув задние лапы, передними сжимал футбольный мяч, при этом пытаясь вгрызться в него зубами. Это было действительно мило, и многие весь этот процесс игры снимали на видео и фотографировали. Я невольно улыбнулась, наблюдая за играющим медведем. Даже только ради этого стоило прийти сюда.
Вдоволь налюбовавшись большим мишкой с мячом, я развернулась, чтобы пойти дальше, но на моем пути неожиданно возникло препятствие в виде «живой стены». Людей вокруг стало еще больше с момента, как я подошла к вольеру. Я повернулась и, глядя под ноги, чтобы не наступить и не отдавить кому-нибудь ступню, начала продвигаться вперед. Буквально через мгновение я врезалась в женщину. Подняв глаза, я несколько раз моргнула, пытаясь понять, не сошла ли я окончательно с ума и не мерещиться ли мне то, что я вижу.
С таким же растерянным и крайне удивленным лицом передо мной стояла… Ирина Викторовна. Мы молча смотрели друг на друга, наверное, около минуты, пока я не услышала чей-то голос:
– Мам?
Я опустила глаза чуть ниже и увидела рядом с ней мальчика лет десяти. У него, как и у нее, были соломенного цвета волосы и карие глаза. Только чуть темнее. Наконец, я справилась с первым шоком и, вытащив наушники, проговорила:
– Добрый день.
– Эм… Здравствуйте, Марина, – ответила она, еще раз моргнув, окончательно прогоняя тот ступор, в котором мы пребывали до этого обе. – Не ожидала вас здесь встретить.
– Да. Я тоже. Гуляете? – очень умный вопрос.
– Да. Вот… Это… Это Марат – мой сын. Марат, это Марина Александровна, моя коллега.
– Очень приятно, – мальчик протянул мне руку, шагнув вперед.
– Взаимно, Марат. Можно просто Марина. И на «ты».
Я пожала его руку, слегка улыбаясь. У него были очень умные глаза и довольно серьезный вид.