– Неважно. Все нормально. Мне пора, – я сделала пару шагов и развернулась, понимая, что до момента, как из глаз у меня хлынут слезы, остаются считанные секунды. – И, знаешь, забудь, что я сказала. Про тот разговор. Я… Я не так все поняла. Опять. Извини, – я снова развернулась и быстрыми шагами направилась в сторону дома.
Саша несколько раз окликнула меня, но я даже не думала оборачиваться. Слезы текли ручьем, и я даже не могла понять, почему. Ну, по сути, что произошло? Она проводит время со своей подружкой, что в этом такого? Ну и что, что она меня целовала и поделилась со мной чем-то сокровенным? Это же не означает, что теперь она общается только со мной.
Говоря себе все это, я тщетно пыталась заглушить ноющую боль разочарования глубоко внутри. Снова ощущение предательства. Снова все не так, как я думала. Снова она переворачивает все с ног на голову. Ее мир такой же непостоянный, как и ее настроение. Только есть ли у меня место в ее мире?
16
Понедельник пролетел невероятно быстро. Мы должны были закончить работу к среде, поэтому работали в авральном режиме. Зато во вторник стало ясно, что мы успеваем в срок, поэтому я решила позволить себе такую роскошь, как обед. Веня уже вовсю поглощал «первое», когда я еще только стояла в самом конце раздачи. По счастливому стечению обстоятельств Ирина Викторовна стояла впереди меня и рассматривала содержимое жестяных дымящихся контейнеров с едой. Я взяла вилку и ложку из стоящих стаканчиков и стала спокойно ждать, когда двинется очередь. Ирина, видимо, вспомнив, что она так и не взяла приборы, потянулась за вилкой. Я в очередной раз убедилась в том, что просто находиться рядом с этой женщиной опасно, потому что она несет хаос и разрушения. Вилка, которую выбрала директорша, по всей видимости, зацепилась зубчиками за другую. Потому что через пару мгновений после того, как рука Ирины Викторовны оказалась над стаканчиками с приборами, все вилки оказались рассыпаны по стойке. Директорша замерла с несчастной вилкой в руке, а ее глаза расширились от удивления.
Увидев, как ее щеки постепенно приближаются к цвету ее блузки, становясь ярко-розовыми, мне стало ее искренне жаль. Поэтому, недолго думая, я пододвинула ее и собрала все вилки обратно в стакан, отставив его подальше от края стойки. На всякий случай.
– Спасибо, – Ирина Викторовна смущенно наморщила нос, отчего сразу стала выглядеть на несколько лет моложе.
– Да не за что, – весело улыбнулась я, стараясь не засмеяться в голос.
– У меня сегодня все из рук валится, – пробормотала директор, продвигаясь вперед.
– Только сегодня? – честно, я даже не подумала, прежде, чем открыла рот.
Я увидела, как ее щеки вспыхнули, а сама она явно собиралась дать мне отпор. Но увидев мою улыбку, тоже улыбнулась и ответила:
– Ладно. Кого я обманываю? Я иногда бываю настоящей катастрофой. Это у меня с детства. Если я о чем-то задумаюсь, то вокруг все летает, падает и ломается.
– Тогда я понимаю желание Марата готовить. Должно быть, когда вы на кухне – впору вызывать заранее МЧС и «скорую», – хихикнула я. – Ножи, колюще-режущие предметы и все такое.
– Очень смешно, – Ирина Викторовна шутливо нахмурилась и уперла одну руку в бок. – Между прочим, я довольно неплохо готовлю. И мой сын до сих пор в порядке.
– Счастливец судьбы, – пробормотала я, усмехаясь.
– Ты… – Ирина Викторовна покачала головой, явно подыскивая слова. – Вот я возьму и принесу завтра что-нибудь, что приготовлю сама. Сегодня как раз моя очередь. И тогда ты поймешь, как была не права.
– А откуда мне знать, что это не Марат сделал? Какие гарантии? – мне все больше нравился наш шутливый спор.
– Придется поверить на слово.
– Хорошо. То есть если вы завтра не придете на работу, то считать, что эксперимент не удался? – продолжала я веселиться.
– Ты пожалеешь о своих словах. О-о-очень пожалеешь, – покачала она головой, подходя к стойке с супами.
– Буду ждать с нетерпением.
Это мини-пари очень воодушевило меня. Я не была любителем соревноваться, но, как ни крути, азарт давал о себе знать. Но, судя по реакции Ирины Викторовны, она была из тех, кто из кожи вон вылезет, чтобы доказать свою правоту и поставить оппонента на место.
2006
Я стояла в толпе девчонок по команде, поправляя лямку купальника и вполуха слушая наставления тренера. Двести пятьдесят метров кролем для меня было весьма посильной задачей. Я была лучшей в команде по этой технике, поэтому все надежды тренера возлагались на меня. И все бы ничего, если бы я могла сосредоточиться именно на соревнованиях. Но у меня перед глазами так и стояло улыбающееся лицо Саши, освещенное светом от лампы с соседнего подъезда. Потом ее улыбка сменялась извиняющимся выражением лица, а следом появлялась физиономия Алисы. Мне определенно надо было что-то делать. Это было похоже на помешательство. Она не выходила из моей головы, и я не знала, как ее оттуда выкинуть.