– Уверяю вас, – улыбнулась я, чувствуя внутри какое-то успокоение.
Это было приятное ощущение. Давно забытое, но приятное.
19
2006
Почти неделю мы с Веней упрямо воротили друг от друга нос, не разговаривая и даже не здороваясь. Мы демонстративно «не замечали» друг друга, делая вид, что все в порядке. Но, если честно, я скучала. Мне не хватало его смешных комментариев на уроках, наших прогулок после школы и вообще общения с ним.
Я виделась с Сашей почти каждый день, в основном в гараже на репетициях. Она показала музыку, что написала, ребятам, и Гера был в полном восторге, даже сказал, что у него практически уже есть слова для нее. Смешно, но никто не понял, что это за мелодия, и что она означает. И это было хорошо. Потому что эта музыка буквально обнажала Сашу. А она не была к этому готова.
Пару раз мы с ней вместе шли до моего дома, точнее, она меня провожала. Тогда эти прогулки непременно заканчивались поцелуями у подъезда. Ее губы были такими же горячими, как и ладони. Ее поцелуи раскрывали, расхищали и будто «обворовывали» меня. Я была в их абсолютной власти. Или в ее. Тогда это казалось неделимым. Но даже эти редкие моменты близости не давали моей душе успокоения. Помимо того, что я переживала о Вене, я понимала, что Саша не пускает меня ближе. К себе, в душу, в свой разум. Она стала больше шутить, язвить, говорила громче обычного и с показной решимостью и уверенностью. Я понимала, что она боится, что я проникну глубже. И мне оставалось только ждать. Ждать, когда она поверит, что я не тот, у кого есть кнут или хлыст, и что от меня не нужно ожидать ударов.
Была пятница, когда после последнего седьмого урока я шла по пустому коридору в школьную библиотеку, чтобы взять книгу по истории государства для доклада. В коридоре на лавке сидел Веня. Его голова была опущена на руки, а руки локтями упирались в колени. Волосы спутаны. Было видно, что он их явно ерошил пальцами. А так он делал только когда нервничал. Я остановилась и нерешительно стала переминаться с ноги на ногу. Подойти или нет?
В итоге, плюнув на все наши недопонимания, я сделала пару шагов к нему и уселась рядом.
– Что с тобой?
Веня слегка вздрогнул. Видимо, он был настолько погружен в свои мысли, что даже не слышал, как я шла.
– Меня Настя бросила, – тихо сказал Веня, не поднимая головы.
– О. А… почему? – я придвинулась чуть ближе, мысленно радуясь, что он не послал меня к черту.
– Долгая история. Да это и неважно.
– Очевидно, важно, потому что тебя это расстраивает, – пробормотала я и посмотрела на свои вытянутые ноги.
– Самое забавное, что нет. А ведь должно, понимаешь? – грустно усмехнулся он и, наконец, поднял голову.
– Ты… не расстроен? – я удивилась его ответу. Очень удивилась. Я думала, он влюблен, и у них все прекрасно.
– Нет, – пожал он плечами. – Я больше был расстроен из-за нашей ссоры, чем из-за этого. Точнее… – Веня выдохнул и тоже вытянул ноги. – Мы с Настей поругались из-за какой-то мелочи. Она сказала, что пока я не извинюсь, она не будет со мной разговаривать. А мне… Понимаешь, мне было все равно. Я только и думал, как о том, что мы с тобой не разговариваем. И мне было все равно, что она на меня обиделась или что я был неправ. Хотя я был прав, но не в этом дело. В итоге она сказала, что ссора с тобой меня волнует куда больше, поэтому шел бы я… В общем, она со мной порвала.
– Черт, – пробормотала я. – Хочешь, я с ней поговорю? Мы ведь дружим столько лет, конечно, нас это волнует, к тому же, мы никогда не ругались до этого. Я ей все объясню и…
– Не надо, – прервал меня Веня. – Какой в этом смысл? Я действительно не чувствую каких-то переживаний по этому поводу. Знаешь, я думал, что она мне нравится. Ну, по-настоящему, понимаешь? Но разве так может быть, если мне было действительно все равно, поругались мы с ней или нет? Разговаривает ли она со мной, обижена ли? И так далее. Ведь если тебе важен человек, ты только и думаешь, как наладить общение или… отношения. Разве не так?
– Так, – согласилась я, вспомнив, как сама переживала из-за непонятного поведения Саши.
– Ну, вот. Значит, она просто не та девушка. И все.
– А вы с ней… – вопрос повис в воздухе, а я покраснела.
– Что? – Веня прищурился. Когда до него дошло, он широко раскрыл глаза и громче, чем нужно, сказал: – Ты что! Нет! Конечно, нет! Ты думаешь, если бы я с кем-то… переспал, я бы тебе не сказал?
– Ну, просто мы были в ссоре… – я пяткой поковыряла бетонный пол, смущенно отводя глаза.
– И что? Помнишь, мы с тобой говорили о том, что когда это случится, это должен быть особенный человек?