– Нет, Марина, у вас не получится оправдаться, – подвела итог Виктория Павловна.
– С ума сойти. Даже не намекнула! С нас подарок, – отрезала Ирина Викторовна.
– Да ладно, почти месяц прошел, – попыталась успокоить женщин я.
– Даже мне не сказала, – покачал головой Марат.
– О, парень, ты должен помогать мне, а не наоборот, – ответила я.
– Он правильно сказал. Марина, нельзя скрывать свой день рождения. Это… неправильно. Я думала, мы друзья.
– Ирина Викторовна, поверьте, мы друзья, а я, правда, не люблю поздравления, подарки и все вот это. Я не умею слушать пожелания, быть в центре внимания. Для меня это обычный день, – пожала я плечами. – Дело не в вас, правда. Я никому не сообщаю об этом, не собираю друзей. Уже очень давно.
– Ладно, мы тебе верим, Марина, но подарок все равно с нас, – сказала Виктория Павловна и строго добавила, увидев, как я открыла рот, – и не нужно со мной спорить, девочка.
– Договорились, – покорно вздохнула я и почувствовала, как Марат, хихикая, ткнул меня в плечо.
Вечером того же дня мы с папой и Маратом жарили шашлыки возле бани, а женщины накрывали на стол в беседке за домом. Была теплая погода, и мы решили, что будет отличной идеей поужинать под открытым небом. Папа рассказал Марату, как правильно мариновать мясо, чтобы оно было особенно вкусным, а я показывала, как нанизывать куски на шампура, чередуя с овощами, чтобы ничего не подгорело, а мясо осталось сочным. Когда мальчик убежал, чтобы отнести первую партию готовых шашлыков в беседку, папа толкнул меня в бок и подмигнул:
– Я смотрю, у тебя появился младший брат.
– Типа того, – ухмыльнулась я. – Знаешь, у нас столько общего, что я даже подумала, будь у меня сын, я бы хотела, чтобы он был похож на Марата.
– О, ты говоришь о детях? – папа сделал удивленные глаза. – Кажется, я что-то пропустил.
– Очень смешно, юноша, – строгим голосом ответила я, сдерживая улыбку.
– Я скучал по тебе, – отец положил руку мне на плечо. – Надеюсь, с появлением этих друзей, ты сможешь приезжать к нам чаще. Таня тоже по тебе соскучилась. Она тебя любит, ты же знаешь.
– Знаю, – кивнула я.
На самом деле, я была очень рада, когда у отца появилась «подруга». А когда он, краснея, как первоклассник, сообщил мне, что хочет жениться, я была просто в восторге. Татьяна была хорошей женщиной – она работала в школе и искренне любила папу и бабушку. Большего мне и не было нужно.
– Я заметил, вы тесно дружите с Ириной? – осторожно начал папа, а я уже догадалась, к чему он ведет.
– Да, мы хорошо общаемся. И нет, – я предупреждающе подняла руку, – это просто общение.
– Но ты бы хотела…
– Папа, – оборвала я его, – я очень рада, что ты у меня понимающий, что ты принимаешь мои взгляды и все такое, но… Давай мы не будем с тобой говорить о женщинах, – сказала я, чувствуя, как начинают розоветь мои щеки.
– Между прочим, я в них кое-что да понимаю, – обиженно пробурчал отец, переворачивая мясо.
– В ком?
– В женщинах.
– О, я не сомневаюсь. Но нет той женщины, о которой нам стоит вести беседы «отец-дочь». Серьезно. Мы с ней просто друзья.
– Ага, – неопределенно хмыкнул папа. Я собралась было ответить ему что-то еще, но в этот момент к нам вернулся Марат с пустой тарелкой.
– Женщины требуют еды и нас, – улыбнулся он, ставя блюдо на небольшой пень рядом с мангалом.
– Еще минут десять и все будет готово, – ответил папа. – Ребята, как вы смотрите на то, чтобы помочь мне завтра? Нужно положить новый лист рубероида на крышу бани и сбить пару ящиков для рассады. Бабушка мне уже второй месяц об этом твердит, а у меня все руки не доходят.
– Я «за», – ответила я. Для меня это было привычное дело. Я любила работать молотком с детства.
– Я тоже! – сказал Марат. – Если вы научите меня, – добавил он, опустив глаза.
Папа вопросительно посмотрел на меня, и я ответила:
– Дитя города. Но он схватывает все на лету. Уже умеет управлять лодкой, рыбачить и разводить костер.
– О, тогда тебе понравится завтрашний день, – многообещающе сказал папа. – А послезавтра я хочу оправиться на рыбалку рано утром. Вся крупная рыба плавает до рассвета. Хочешь присоединиться?
– Да-а, – завороженно ответил Марат, явно уже представляя их маленькое приключение.
– Надо вставать в пять утра, – усмехнулась я. – Ты уверен?
– Абсолютно, – с готовностью ответил мальчик. – А ты не поедешь?
– Нет, спасибо, – поморщилась я, – я в отпуске и я отдыхаю. Такие ранние подъемы не для меня.
– А раньше она с легкостью соскакивала и в четыре утра, – тихо, но так, чтобы я услышала, сказал папа Марату, – наверное, стареет.