– Да, совсем рядом, – кивнула я, наблюдая, как пес, на непропорционально, по сравнению с туловищем, длинных лапах, потрусил к следующему кустику.
– Может, мне с тобой сходить? А то я так совсем обрасту, – усмехнулся мальчик.
– Эм… Ну, ты можешь, конечно, но… Мама не будет против? – поинтересовалась я.
– Маме главное, чтобы я не был лысым. А где и как я буду стричься – это дело второстепенное. Или в твоей парикмахерской по записи?
– Как бы да, но… Там работает моя старая знакомая, она всегда находит для меня время на стрижку и на разговор. Поэтому, думаю, то время, которое мы потратим на болтовню, она может совместить с твоей стрижкой.
– Отлично. Но я все-таки позвоню маме, предупрежу, хорошо?
– Конечно. Давай я пройдусь с Рейденом. А ты пока решишь все свои вопросы, – предложила я и протянула руку, чтобы взять поводок.
– Спасибо.
Спустя два с лишним часа мы вышли из небольшого салона красивые и с новыми прическами. Я сделала свою стрижку чуть короче и более «рваной». А Марату моя знакомая предложила сделать совершенно другую модную прическу. Она сняла ему волосы с боков и затылка, оставив их на макушке. Теперь он выглядел старше своих одиннадцати, а его черты лица приняли совершенно другой вид. Скулы заострились, нос теперь казался более изящным, а глаза выразительнее. Определенно, ему эта стрижка очень шла. И когда я только собиралась сказать, что подвезу его до дома, он проговорил:
– Мама сказала, чтобы я привел тебя на ужин. Она сегодня сама пораньше с работы обещала прийти. Так что не вздумай сбежать.
– Но… Я… У меня дела вроде как, – пробормотала я, застегивая куртку.
– Сегодня готовит Виктория Павловна – запекает мясной рулет. И тоже тебя ждет. Ты же не хочешь, чтобы она сама тебе позвонила и все высказала? Но я могу ее набрать… Скажешь, что она зря старалась, что у тебя дела… – словно угрожая, Марат достал телефон и покрутил его в руке.
– Ладно-ладно, давай без шантажа, – засмеялась я, подняв руки в знак капитуляции. – Где ты этому вообще научился? – проворчала я, открывая дверь машины.
– Хорошие учителя, – засмеялся мальчик, усаживаясь на сиденье и устраивая на полу между ног собаку.
– Отлично. Маленький манипулятор.
Мы зашли в квартиру, в которой витал аромат домашнего ужина. Черт, я соскучилась по домашней стряпне. Уже через несколько секунд в прихожей появилась Ирина Викторовна, которая все еще была в офисном костюме – насыщенно-синей юбке и белоснежной блузе с красивыми запонками, в которых были такие же синие камни. Ее волосы были по-рабочему собраны, но несколько прядей выбились из прически и делали ее вид менее… официальным, что ли. Я тихо поздоровалась, чувствуя себя крайне неловко.
– Привет, мам! Как тебе моя новая стрижка? Я красавчик? – засмеялся Марат, поворачивая голову в разные стороны.
– Привет, ребята. О, дай-ка взглянуть, – она взяла его за подбородок и покрутила его голову. – Тебе очень идет. Мне нравится.
– Это Марина посоветовала, – он ткнул в мою сторону, а я неожиданно покраснела.
– Это была хорошая идея, – улыбнулась Ирина.
– Да это не я. Я просто предложила что-то современное. Это все парикмахер, – пробормотала я, все еще стоя в обуви.
– Так, мы пошли мыть лапы, – сказал Марат и, уже уходя в сторону ванной, обратился ко мне через плечо, – Марина, ты к полу приросла? Разуйся, пожалуйста.
– Эм-м… Да, – кивнула я, словно выходя из ступора.
Оказавшись на кухне, я уселась на стул, сложив руки на столе перед собой. Мы были с Ириной Викторовной вдвоем, и я совершенно не знала, с чего начать разговор. Он явно не клеился.
– Как вам живется с Рейденом? – наконец, спросила я, выбрав, по моему мнению, самую безопасную тему для разговора.
– О, хорошо. В первые несколько дней была пара казусов, но теперь все в порядке. Марат уже выстроил график прогулок, когда он выйдет в школу, – Ирина Викторовна стояла у кухонного шкафа, перебирая в руках полотенце.
– А, скоро же первое сентября.
– Да, – кивнула она.
– Здорово. Это здорово. Он говорил мне, что скучает по школе.
Боже. С уборщицей в моей фирме я однажды беседовала менее натянуто.
– Да. Он любит учиться, – согласилась Ирина Викторовна.
Я буквально пальцами могла пощупать напряжение между нами. Но я не знала, как от него избавиться.
– Ты что-то совсем пропала на эти пару недель… – сказала она, все еще разглядывая полотенце в своих руках. – Много работы?
– Да… Как-то накопилось за отпуск, – пробормотала я. Это было правдой лишь отчасти. И мне казалось, что мы обе это понимаем.