- Испугался?
- Немного, - признался я. - Но ты же знаешь, что...
- ... ты бессмертный и смерти не боишься и прочее бла-бла-бла, - перебил меня орк, закончив за меня фразу. - Пошли. Ничего не трогать, не смотреть долго и не отходить дальше чем на три шага от меня. Ясно?
- Яснее некуда, - бодро отрапортовал я и тут же с сарказмом добавил. - А дышать хоть можно?
- Через раз и неглубоко, - с самым серьёзным видом ответил орк. - Пошли. Да, и не забывай смотреть под ноги, а то откусят их тебе.
Замечание оказалось уместным - под ногами жизнь просто кипела. Черви, мокрицы, сороконожки, непонятные гусеницы неспешно ползали по неровному земляному полу, стенам и потолку пещеры, висели на корнях растений, на подземных грибах. По размеру достаточно небольшие - самая большая сороконожка была чуть длиннее локтя, червяк - в две трети его же, мокрица примерно в две мои ладони. Но когда я решил присмотреться повнимательнее, то обомлел.
Ядовитая саламандровая сороконожка.
Уровень 88.
Жизнь 1450.
Урон: яд, обжигающее прикосновение, дебаф на скорость и реакцию.
Способности: заставляет ближайших насекомых и личинок атаковать своего врага, наделяет их своими частично урезанными атакующими способностями, такими как яд и огненное касание.
И этих тварей здесь было несколько десятков и это только видимых мне. А сколько ещё прячется в темноте пещер - только богам и местным оркам известно. Кому понадобиться спуститься сюда, тому придётся готовить неслабую команду. Бойцы уровнем от 80+ усиленные магами и хиллерами. Дорогая экспедиция выйдет, ой, дорогая.
- Эй, прекрати наступать мне на пятки, - недовольно проговорил шаман. - Я же сказал - три шага. Или считать не умеешь?
- Извини, случайно вышло, - повинился я. - Больше не повторится.
- А больше и не надо. Мы пришли.
Орк отвёл правой рукой плотную сеть корней и открыл проход в узкий отнорок, практически земляную кишку. Пройдя пять метров по ломаному проходу, я оказался в небольшой пещерке. Насекомых и белесых лохматых корней здесь не было, зато все стены и даже потолок оказались сплошь усеяны светящимися грибами и лишайником. Возле стены точно напротив входа, на каменном булыжнике, с неровными гранями, которые остались после небрежной обработки камня до формы куба, стояла деревянная фигурка Рах'Тора. В метр с лишним высотою, толщиной 'в пузе' больше полуметра в диаметре - судя по всему, на этого идола орки потратили значительную часть своих запасов Императорского Дерева.
Напротив идола на плоском, как поднос, валуне лежали всяческие подношения: черепа и кости некрупных животных, какие-то верёвки, пара 'арабских' кинжалов с драгоценными украшениями на рукоятях и светящимися чёрным и багровым светом клинками и куча всяческого неопознанного и плохо осмотренного мною барахла.
- Возноси молитву, человек, - очень тихо проговорил шаман и качнул головою, подбородком указав на статую.
- Но я молитв не знаю. Подскажешь?
- Молитва - это слова, идущие из самого центра твоего сердца. И не забудь о даре.
Хм, слова идущие из сердца и ещё подарок. Ну, насчёт слов-то ладно - придумаю чего-нибудь, а вот с подарком сложнее. Нет у меня ничего такого полезного и редкого, одновременно ненужного мне, что можно предложить богу. Топор я ему не отдам, как не отдам и энта с подарком валаидов и пояс Дендроида. Эти вещи мне помогут в будущем многого добиться. А больше у меня и не было ничего такого. Я с грустью посмотрел на подношения и осознал, что переплюнуть орков, удивить Рах'Тора чем-то необыкновенным и редким, чтобы тот благосклонно принял мою просьбу принять 'чебурашек' под своё крыло, мне вряд ли удастся. Одни кинжалы стоят по одиночке больше всего моего снаряжения (включая и секиру), а вместе (тем паче, что это парное снаряжение - брат и сестра, так сказать) и вовсе раза в три. М-да.
Машинально я принялся копаться в мешке...
'Эврика! Ну, Рах'Тор, только скажи, что не ценнейшие подарки дарю'.
Эта мысль возникла, когда увидел свои алхимические результаты. Ведь есть шанс, что все неопознанные зелья являются уникальнейшими и редчайшими? Вот и предложу я их богу. Всё равно ничего другого нет.
Стоило мне вытащить из мешка три склянки и выложить те на плоский валун, как мои подношения окутало золотистое сияние. Через две секунды, когда то исчезло, я посмотрел на эликсиры и не смог удержаться от ругательства:
- Чёрт побери!