Машк тоже вдохновился предстоящим блюдом. Как я понял из его путанных извинений, его не то, чтобы оскорбила моя карьера, а ее быстрота. Они уже лет пять тянули солдатскую лямку, переходя из отряда в отряд, в том числе и купеческую охрану, что в Майдоре шло в зачет общих лет службы, но даже повышения солдатской оплаты не добились. А тут я, из-за того, что являлся дворянином, уже стал десятником. Машк понимал абсурдность своих обвинений – десятника я отчасти получил заслужено, хотя в чем-то он был прав. Но наезжал на меня он зря, даже Верк, хотя и поддержал его, но нехотя. И посему Машк с готовностью пошел на мировую, тем более, я был сильнее, а у феев это ценилось высоко.
Доели кашу. Серог сидел расслабленный, ковырялся когтем во рту. Я оглядел народ. Серог смотрел на мир с оптимизмом, оба фея смирились с положением подчиненных. Меня они знали и я их устраивал. Машк, правда, периодически трогал подбородок, но претензии не выражал. Плюха по-мужски. А вот люди были насторожены. Особенно Зурат. Я его, конечно, держать буду в черном теле, но он должен будет относиться ко мне с доверием, не мечтать ударить в спину.
- Машк, ты у нас провинился.
- Чо я то, почему у меня такая жизнь пошла, - сразу встал на дыбы фей.
- Я тебе дам деньги, - сказал я, не слушая, - найдешь, где хмельное купить?
Обычно помимо казенной кухни при армейских частях снабжением занимались частные лица, которых я назвал маркитантами по аналогии с земными. Они продавали продукты, не входящие в паек, и, конечно, хмельное. Их статус не определялся никакими законами и зависел от решения командира. Шевалье Дэмент пьяные оргии не одобрял, но и не отрицал категорически хмельное и некоторые деликатесы. Это я и имел в виду. Пронырливые феи, разумеется, все знали.
Машк прервал свои излияния по поводу горестной жизни. С интересом посмотрел на меня:
- Есть пиво, но оно слабое. Пять медяков кувшин.
Кувшином у них была стандартная посуда примерно в два литра. В каком-нибудь городишке или деревне, где каждый имеет пивоварню, а ртов мало, это было дорого. Дорого даже для Тиссета. Но здесь, в безлюдной степи, нормально.
- А еще что есть? - решил я разведать обстановку.
- Есть настойка, - втянулся в разговор Серог, поняв, что его десятник настроен серьёзно. – Получше, чем это пойло. Десять медяков кувшин.
Крепкое? – заподозрил я намерение устроить групповую пьянку до посинения.
Серог почесал пигментные пятна на голове, очень похожие на редеющую шевелюру.
- Дэмент нам устроит оскопление, сели завтра не сумеем подняться. Или сегодня будем шуметь на весь лагерь, - рассудительно сказал он. – Поэтому не больше полкувшина на человека. Слышите вы, ногокрылые.
- Хватит и половины на одного, - Машк довольно потер руки, забыв о недовольстве. – Как командир?
Я вынул из кошелька горсть меди. – Купи четыре кувшина настойки и закусь к ней. Мявке купи какую-нибудь вкусность. Молочное что-то есть?
- Что-нибудь будет, - бодро заверил Машк, довольный скорой выпивкой.
Мявка в такт одобрительно замурлыкала. Таким образом, у нас было две группы фанатов – одна – выпить, вторая – поесть. Группы соединялись Серогом, всегда готового выпить и закусить.
Каждый занялся своим делом. Орк обработал тушку птицы и поставил котел с водой на огонь, Машк ушел с двумя людьми к маркитанту, остальные направились за дровами. В степи их сбор был весьма трудоемким и даже опасным. Если не разведчики ганворцев, то крупные степные хищники с легкостью могли завершить жизнь и карьеру.
А я развалился у костра и стал бездумно гладить Мявку. Кошка умильно мурлыкала и, ловя мой взгляд, облизывалась. Чествовала, что сегодня перепадет и ей.
Описывать пьянку всегда легко. Выпили – закусили, выпили – закусили. И так большое количество раз. Феи вырубились первыми. У них глаза всегда были больше желудка. Затем свалились люди, перед этим в сотый раз поклявшись в личной преданности. Серог пересидел и меня, что я увидел напоследок.
Утро встретило меня головной болью и рвотными позывами. Только начинало светать. Мявка заметила мое пробуждение и обрадовано стал перебирать лапами на моей груди. Я с трудом сходил к реке и умылся. Холодная вода освежила меня. Стало немного лучше.