Я вспомнил ощущение всемогущества, доносившееся до меня в золотой дымке и молча согласился.
- Поданные мои! - громко сказал я. – Завтра, утром я буду в храме принимать свои владения. Приглашаю вас подойти к храму. А сегодня мне надо восстановить силы, - сделал я озабочено-усталый вид.
Разумеется, меня никто не осмелился задержать. За мной следом через кольцо аборигенов вышла моя свита, кроме жреца, который и так был у себя дома и вышел из храма из вежливости.
Купцы, впрочем, отговорились необходимостью подготовить торжественный обед и удрали. Собираются обсудить случившееся на их глазах и решить, как жить дальше. Пусть их.
Я посмотрел на положение солнца на небе. Вообще-то впереди ужин, если объективно посмотреть на состояние светила в небесной зелени. Ну и ладно, лишь бы накормили хорошо. Не все же мне сегодня голодным ходить.
Когда я говорил об усталости и необходимости передохнуть, я почти не обманывал. Был это аватара или нет, но после использования меня бедного в качестве канала для прокачивания маны с организмом было не все в порядке. В голове щелкало, постукивало, шуршало, словно кто-то сумел просунуть в мозг контакты наушников, но наладить связь ему не удавалось. По телу проходили горячие волны – то от левой руки через ноги к правой и то от головы к ногам. И после каждой я испытывал небольшую слабость и у меня выступала испарина.
В таком состоянии я достиг своих архаровцев. Десятники выполнили мои указания и побеспокоились поставить палатки. На стене находились несколько часовых, часть из них наблюдала за степью, часть за городом.
Серог сидел в палатке, прямо на булыжниках, которыми была покрыта площадь, и занимался важным делом – рассматривал когти на руках. Хотя бы подпиливал их. Лентяй!
Мне он обрадовался.
- Командир, я есть хочу, - заявил он с ходу. – А золотой когда отдашь?
- Мы тоже хотим! – объявили феи, – и пожрать, и золотой.
Машк попытался дернуть Мявку за хвост, но она легко увернулась и слегка прошлась когтями по шаловливой лапке. Приветливо осклабилась. Играть она была готова в любом состоянии. С ее весом и ростом феи скоро будут от нее бегать. Или, учитывая физиологию, - летать.
- Скоро пообедаем, - отмахнулся я. – Мэр сказал, в трактире накроют за счет Кларии. Деньги за город получите завтра или послезавтра. Мне их надо снять со счета у менял.
- Ух ты! – Серог, растянул рожу в зубастой улыбке, радуясь хорошим новостям. Деловито осведомился:
- Командир, ты ведь теперь владетель города. Прикажи нас постоянно так кормить.
- Разбежался, без тебя казна пустая, - пустил я по ветру его мечтания. - Сегодня праздничный обед в связи с приходом нового властителя, но без пива. А завтра будем использовать отрядные запасы, желающие – кормиться в городских трактирах за деньги.
Серог скорчил такую рожу, словно собирался расплакаться, но я проигнорировал этого вымогателя. И показал язык феям. Этих за их проделки вообще надо лишить пайка на пару дней.
Зурат то же хотел добавить своих пять копеек, но я посмотрел на него так, что он заткнулся, не решаясь вступать в дискуссию со мной, великим. Храбрым надо быть при виде вооруженных врагов, а не в завоеванном городе.
Наведя порядок в своем десятке, пошел дальше. Мявка выскочила за мной. Ей совсем не светило оставаться одной с рассерженной нелюдью. Побить не побьют, а настроение испортят.
Я рассмеялся, пережил еще один приступ неведомой болезни. Не больно и совсем чуть – чуть дискомфортно, но ведь какая-то причина должна быть? Почти все серьезные эпидемии начинаются с легких недомоганий. Махнул рукой и испуганно замер. Горячая волна, начавшись откуда-то из головы, стремительно рванулась к пальцам. Я с трудом остановил и волна, как мне показалось, разочарованно застыла на месте, а затем отхлынула обратно. Ф-у-ух! Что это? Магическая энергия?
Я поговорил с десятниками относительно возможной обороны города. После спектакля с аватарой около храма ожидать открытого бунта мог только сверхподозрительный параноик – Солнцеликий выступил на моей стороне, а богам здесь верят по причине их наличия и огромного могущества. На всякий случай. Среднестатистические данные показывают, что осторожные обычно живут дольше неосторожных.