Я продолжил:
- Она – знак волшебства и имеет зачатки разума.
Мявка, показывая, как она недовольна такой характеристикой, имитировала прыжок в мою сторону и издала громкий рык, больше похожий на обвал в горах. Картина была занимательной, благо моя кошка росла не по дням, а по часам и сейчас выглядела как переросший амурский тигр.
- Знак волшебства? – встрепенулся граф и, видя ее недовольство добавил: - Извините, достопочтенная кошка, я был недостаточно вежлив с такой красавицей и умницей, как вы.
Мявка угрюмо посмотрела на него взглядом голодного вампира.
- Но теперь пелена тьмы спала с моих глаз и я ваш покорный слуга.
Какая женщина устоит перед такими словами. Мявка, конечно, заурчала, прогнулась, хлестнула графа по ноге, что означало благодарность за комплимент и подошла ко мне, устроившись как собака у ног.
Серог и Даррг заухмылялись.
- Это тоже магия, скрывать под личиной обычной кошки знак волшебства? - поинтересовался граф.
- Да, граф, - согласился я. – А то и Мявку жалко бросать и демаскирует она сильно. А так еще одна большая кошка. Да, Мявка?
Мявка признательно мяукнула и помахала хвостом
- Граф, вы хотели побывать в Кларии. Пойдемте, посмотрим. Пока, правда, город находится в ободранном состоянии. Предшествующий мне барон кларийский Домун Ла Карус не очень надрывался в беспокойстве о Кларии.
Граф засмущался. Он хорошо помнил причину своего настоятельного желания появиться в городе.
- Домун был не совсем хорошим хозяином, - пробормотал он. – Он никогда не беспокоился о своем городе, считая, что горожане должны быть только мясом для его опытов.
- Барон был приверженцем Темного?
Граф усмехнулся:
- Ах, не повторяйте эти глупые россказни простолюдинов. Не ужели вы думаете, что ему позволили бы это? Другое дело, он заходил слишком далеко в своих опытах над разумными существами. На том свете ему надо поблагодарить вас. Он вовремя умер, как дворянин. Иначе ему, скорее всего, пришлось бы умереть, как чернокнижнику, о его бесчинствах набралось слишком много доказательств.
Мне подумалось, что я как-то слишком прямолинейно смотрю на жизнь. Темное – белое, чистое – грязное. А мир-то состоит из оттенков!
- Видите ли, я иномирец. Знак нашел меня в другом мире и перенес сюда всего лишь две недели. Поэтому представления о ваших обычаях и традициях для меня все еще достаточно туманны.
- Да…, - граф, как маг, прошедший обучение, теоретически знал не один такой пример, но лично столкнулся впервые. – У вас красивый знак.
Мявка вполголоса зарычала, показывая свое недовольство.
- Не называйте ее знаком, - попросил я. – Ей это не нравится. Можно – достопочтенная кошка или просто – Мявка. Да, Мявка?
Я почесал ей за ухом. Мявка растянула морду в улыбке а ля Чеширский кот перед блюдечком со сметаной. Серог потрепал ее по голове.
Граф покашлял в кулак в некотором смущении, но ничего не сказал. Ничего, привыкнет.
- Пожалуй, нам надо с вами прогуляться, - предположил я ближайшее будущее. – Одним.
- Я к вашим услугам, - согласился граф. А куда ему деваться?
- Одним, - напомнил я Серогу, сунувшемуся за нами. Зеленошкурый показал клыки, но остался. Мявку запрет не касался, она пошла с нами, не колеблясь.
Мы остались одни, уйдя за сотню шагов от остальных.
- Граф, - начал я выяснять отношения. – Как я уже сказал вам, я иномирец и поэтому не могу вас понять. Когда ваш отряд приближался к Кларии, мне наговорили всякой гадости, что вы и садист, и убийца, и людей вы убиваете сотнями. А когда стал разговаривать с вами – человек как человек. Я не могу вас понять и поэтому не могу доверять.
Курин де Стоун удивленно посмотрел на меня:
- Действительно иномирец. Я же дал вам магическую клятву.
- Этого мало. Много вы убили разумных существ?
- Двоих на дуэли, одна – магическая, другая – на шпагах. Еще три – четыре мага в сражениях, там трудно считать.
- И все? А простолюдинов.
- Ну этих-то сотни. Грязь есть грязь. На счет садиста вы не правы. Вы думаете, колесовать или распинать легко? Ужасные крики, бьющая во все стороны кровь, а вид, - граф раздраженно отмахнулся. – Только для устрашения. Лучше вешать. Р-раз и готово.