Судя по голосу, она мне не верила. Ну ее куда подальше. Я согласен на все, только бы расстаться с ней.
Повинуясь моей внутренней команде, на ладони начал формироваться файерболл. Майдорцы ахнули. Наварийцы не успели. Сначала накопление маны шло очень медленно. Предводитель нападавших не врал, говоря о нейтрализаторе магии. Даже мне с моим запасом магии приходилось туговато. Но Мявка рявкнула и ее удача позволила завершить формирование заклятия. Я кинул файерболл в нападавших.
Передние ряды воинов, составленные из лучников, немного пугали меня. Быть святым Себастьяном, исколотым стрелами, я не мечтал. А потому попытался захватить как можно больше жертв, стремясь сделать огненный шар побольше. Но такого эффекта и я не ожидал.
Трехметровый файерболл, гудя от напряжения, как перегруженный трансформатор, полетел в наших врагов, на пути втягивая летящие стрелы. А долетев, взорвался…
Теперь я стал понимать жертв Хиросимы и Нагасаки. Хотя мы были на некотором расстоянии, сначала нас ослепило яркой вспышкой и я на время перестал видеть, а потом оглушило звуком. Пришла очередь ушей. Я упал почти без сознания.
Совершенно беззащитный, я был хорошей мишенью. Если бы нашелся опытный маг, защищенный от удара огненного шара, он убил бы меня мановением пальца. Если бы нашелся…
Пытаясь отвлечься от возникшей боли, я задал себе традиционный вопрос: зачем я маленький не умер? Интересно, а здесь преподают магам технику безопасности при метании файерболлов? Надо бы. Такому неумехе, как я, научиться сохранять свою шкуру крайне необходимо. А то смертность при работе по профессии может повыситься до 100%.
Я ругал себя, ощущая, как в ослепших глазах остро покалывало, словно кто-то периодически втыкал в них иголки, барабанные перепонки ныли и периодически стреляли, заставляя мое тело конвульсивно дергаться.
Ох, когда же это закончится!
Что-то теплое и мокрое коснулось моего лица, принося долгожданное облегчение. Я даже смог открыть глаза и увидеть усатую морду. Конечно же, это была Мявка. Заметив мой взгляд, она взялась вылизывать мне уши. Спасибо, большое и черное! Я с трудом поднял руку и погладил ее по голове, вызвав одобрительное урчание.
Можно сесть и оглядеться. Большое черное пятно обозначало место взрыва файерболла. Оттуда страшновато несло сладким жаренным мясом. Майдорцы остались живыми, но, как и я, ничего не видели и не слышали, жалобно постанывая или бормоча проклятия.
Я подобрал брошенный кем-то камзол, смочил в ближайшем ручье, а затем мстительно выжал на лицо принцессы.
- Спасибо, - простонала она, но даже глаза не открыла, так ей было больно.
Болезненные ощущения наследницы майдорского престола меня не затронули. Жить принцесса будет, а на счет боли никто гарантий не давал. Я сел рядом с развалившейся Мявкой, которая сразу же обвилась вокруг меня, положив голову на колени, и принялся ждать.
Кошка, судя по всему, оценивала привязавшуюся к нам компанию невысоко и восторга от нее не испытывала. По крайне мере, она не сделала никакой попытки хотя бы немного помочь.
Я погладил ее по спине. У нас с ней единая точка зрения.
- Скажи мне, вредное животное, - обратился я к ней, - все люди, как добросовестные твари, находятся в отключке от воздействия файерболла. Одна ты жива – здорова и даже не пытаешься притворяться, что тебе больно. Колись, как тебе это удалось.
Мявка задумалась, посмотрела взглядом опытного полководца куда-то вдаль. Там ответа не нашлось. Тогда она положила голову на вытянутые перед собой лапы. Через какое-то время кошка поняла, что и в таком положении ей ничего в голову не приходит. Она почесала голову, безжалостно царапая ее могучими когтями. Увы, и такой массаж не помог. Тогда она перевернулась на спину и преданно уставилась на меня.
- Что, хвостатая, мозги закипели? – засмеялся я и слегка щелкнул по носу. Мявка немедленно ухватила пальцы зубами, осторожно сжав челюсти.
- Хорошая у вас кошка.
Я даже вздрогнул. Ее королевское величество, совсем недавно валявшееся на траве, незаметно подошла к нам и беззастенчиво разглядывала Мявку.
Мявке это понравилось. Даже хвостом завиляла. Вытянулась во всю длину – на, мол, смотри. Все свое, без протезов и имплантатов.