Вооруженные матросы пригнали из портовых мастерских еще человек двадцать рабочих с узелками и корзинками, в которых хранились их скудные завтраки. Они с понурыми лицами, молча примкнули к своим товарищам, отказывающимся приступать к работе.
Упорство рабочих взбесило офицеров. Они целой группой спустились с корабля на мол.
Плечистый, сухопарый командир остановился перед рабочими, окинул их угрожающим взглядом и коротко на ломаном русском языке потребовал, чтобы они немедленно приступили к работе. Он угрожал, что прикажет расстрелять их как бунтовщиков и нарушителей порядка.
Рабочие, как по команде, снова начали расходиться во все стороны, прорываясь сквозь кольцо матросов и рассыпаясь по всему молу.
Один молодой рабочий остановился перед дрожавшим от злобы командиром миноносца, собираясь ему что-то сказать. Командир рванулся и по-боксерски ударил рабочего прямо в лицо. Парень, как подкошенный, упал.
Рабочие бросились к нему на помощь.
Петька Шумный первым подскочил к парню и, увидав его окровавленное лицо, что было мочи закричал своим тонким, прерывающимся от негодования голосом:
— Что ж ты, гадина, делаешь? За что же ты бьешь, собака? Приехал хозяйничать на чужую землю!..
Офицер вытаращил на Петьку обведенные красными веками глаза, опешив от его резкого ребячьего выкрика.
Вокруг нарастал ропот и взлетали негодующие голоса мастеровых:
— Вот какой англицкий мир и порядок вы нам привезли!
— Вон отсюда, душители рабочего класса!
— Пираты!
— Долой с нашей земли!
Пожилой грузный рабочий подскочил к Шумному и, помогая ему поднять стонущего парня, злобно бросил офицеру:
— Так это ты такой демократ? Такие вы цивилизованные иностранцы? Эх, погань ты буржуазная!..
Когда подняли пострадавшего и понесли его к выходу, снова послышался властный, хриповатый голос командира корабля.
— Взять на корабль! — скомандовал он матросам, указывая на окровавленного парня. Он понял теперь, что все это принимает серьезный оборот, что лучше отнять искалеченного рабочего, спрятать на судне и тогда скорее успокоятся рабочие.
Английские матросы размахивали винтовками, пытаясь остановить рабочих, но ничего не могли сделать. К образовавшейся колонне сбегались прохожие, команды стоявших здесь пароходов и мелких судов. И процессия направилась в город.
В первом ряду, около окровавленного молодого рабочего, шел Петька Шумный, размахивая кулаками, и выкрикивал что-то гневное и озорное в сторону английского корабля, насторожившегося и поднявшего сходни.
Рабочая колонна вышла на узкую улочку, грязную от угольной гари и пыли, и отсюда направилась к площади сухого дока, перед которой раскинулась огромнейшая фабрика Месаксуди.
Из-за угла мельницы показался и быстро приближался к процессии высокий, с бледным лицом человек.
— Что случилось? — торопливо спросил он, поглядывая на возбужденные лица рабочих, на полуживого, с забинтованным лицом, повисшего на руках товарищей парня.
Шумный узнал Бардина, у которого он вчера был и видел его совершенно больным. Он подскочил к нему, переполненный желанием высказать ему то, что накипело в его душе.
— Вот! — горячо произнес Петька. — Это так англичане обращаются с нами, русскими! Они думают, что мы животные. И что мы рабы!
— Правильно, паренек!
— Знаем мы эту заморскую хищницу! Англичанку эту! Они пришли, чтобы столкнуть нас обратно в рабство! Вишь, как бандит, под перчаткой железку носит!..
— Ну, этому не бывать! — твердо сказал Бардин. — Немцев-грабителей выгнали, выгоним и английских негодяев!
Откуда-то появились больничные носилки, на них положили ослабевшего от потери крови рабочего и понесли впереди колонны.
Когда вышли на центральную улицу, перед колонной появился щупленький белогвардейский офицерик в черной марковской форме с новенькими погонами, с нашивками на рукавах, изображающими череп со скрещенными костями. Он остановился посреди улицы и, взмахнув перед собой саблей, отрывисто выкрикнул визгливым голосом:
— Прекратить! Остановитесь!
Колонна чуть замедлила ход, но двигалась прямо на офицера.
Вдруг воздух содрогнулся от ружейных выстрелов.
Колонна остановилась, увидев перед собой группу выскочивших из-за угла солдат с винтовками наперевес.
— Граждане, разойдитесь! — повторил еще более ощетинившийся офицер.
Бардин подошел к нему и мягко сказал:
— Господин офицер, люди несут избитого англичанами слесаря. Человек умирает… Рабочие справедливо протестуют…