Леди Алианору ещё в младенчестве посвятили богине войны. Это значит, что вся дальнейшая жизнь принцессы превратилась в череду боев. Как в такой ситуации оставаться «леди» я представлял слабо.
Кроме посвящения о кузине я почти ничего не знал. Имя, возраст, да и на улице вполне мог бы узнать — всё-таки схожесть с матерью или на худой конец с людьми на портретах во дворце должна быть. Но она посвящена Эгве, что непременно наложит на внешность отпечаток. Поэтому я морально готовился увидеть нечто несуразное, неженственное и с мечом наперевес.
Однако как бы она ни выглядела, мне всё равно нужно найти её и доставить в столицу.
Я развернул заранее приготовленное плетение поисковой сети, соединил сеть с картой города, которую тщательно изучал по дороге сюда, и отметил первую точку — место, где я сейчас стоял.
Обычно найти кого-то с помощью поисковой сети легче легкого: всего-то вплетаешь в сеть образ нужного человека или его ауры и просто ищешь соответствия. Сеть эффективна на небольших расстояниях, чтобы поддерживать её в городе вроде Крагаса необходимо минимум два мага. Или смекалка и лишнее время.
Можно вместо одной большой сети создать несколько десятков маленьких, но для этого нужно закрепить ориентиры — проще говоря гулять по городу и отмечать точки, по которым заклинание сольется в одну громадную сеть.
Ситуация осложнялась тем, что в Крагасе вторую неделю празднуют «божественную неделю» — религиозный праздник, на который стекается народ со всей империи.
Люди целую неделю каждый день ходят молиться в храмы, а в последние дни устраивают грандиозную гулянку с морем вина и танцами до утра. В подобной толчее найти человека, да ещё со столь расплывчатыми характеристиками практически невозможно.
Вместо внешности я решил попробовать искать сестру по ауре, благо можно использовать свою — только придется немного её поменять, прежде чем соединять с плетением.
Бесцельно мотаться по Крагасу не хотелось. По всему выходило, что достаточное количество ориентиров я соберу если буду гулять до поздней ночи. На полноценную сеть не хватит сил: я не до конца восстановился после тушения пожаров у Ханда, и ещё боялся не успеть и две ночи летел без остановок, выжигая резерв.
Я тяжело вздохнул и, стараясь не сталкиваться с горожанами, направился на центральную площадь. Вечером там будет ярмарка, а пока полным ходом идет подготовка — развешивают на деревья и фасады домов магические фонари, которые будут светить всю ночь, сооружают на скорую руку и расставляют лотки, привозят товары на продажу. Всюду слышны ругань, стук молотков и стук колес по мощеной камнем мостовой, шум ветра в кронах.
Крагас только просыпался. Солнце светило вовсю, да и людей, готовивших город к празднику, на площади собралось немало, но простые горожане выбирались из домов неохотно — почти все, кто шли мне навстречу, зевали и щурили глаза. Часа через четыре народа на улицах будет столько, что о лавировании придется забыть — столкновений никак не избежать.
Поисковую сеть я использую не впервые, это абсолютно безопасное заклинание, которое навредить не может ни магу, ни тому, кого он ищет. Однако любоваться городом не получалось.
Два раза я оборачивался, гадая почудился ли направленный в спину чей-то взгляд или нет. Раз заходил в магазин и топтался там час, в надежде что преследователи отстанут. Ещё раз намеренно плутал по переулкам, чтобы избавиться от ощущения будто за мной наблюдают.
В конце концов нервы сдали, и я вернулся на постоялый двор, так и не закончив с ориентирами. Сел на кровать, кончиками пальцев потер виски, поморщился.
А может никакого преследования не было?
Тогда почему мне так тревожно?..
Почти физически я чувствовал — вскоре случится что-то ужасное. И предотвратить это я не успею.
Глава 23. Божественная неделя
Свет. Яркий белый свет. Яркий настолько, что выжигает глаза.
Именно таким он казался мне после долгих часов блуждания в кромешной темноте.
Постепенно любопытство брало верх над болью и страхом. Я часто-часто заморгала, утерла выступившие слезы и огляделась.
Я находилась в центре огромного зала. Ни потолка, ни стен не удавалось рассмотреть — свет не доходил до них. В трех метрах от меня постамент, на котором должна стоять статуя божества.
Говорю «должна», потому что её там не было. Вместо мраморной статуи сидел парень лет двадцати в светлой простой рубашке и серых брюках. Впрочем, даже если бы на нем был мешок, я всё равно подумала бы что передо мной сам Лереас. Ведь незнакомец красотой мог поспорить с прекраснейшим из богов.