Потом всё равно придётся подниматься, одеваться, собираться в офис… Снова сидеть в неудобном кресле, весь день бездумно скролить сайты и мечтать о славе и почете.
Телефон, увы, не собирался умолкать и назойливо вибрировал где-то над ухом. И тут до меня дошло — я ведь не работаю. И это точно не будильник.
— Алло… — хрипло выдохнула, притянув телефон ближе к уху.
— Алиса! — гаркнула мама так, что её голос вонзился мне прямо в голову. Я мгновенно проснулась и разлепила глаза. — Слава богу, я дозвонилась. Где ты?!
— Мам… — протянула я. — А что… что случилось?
Отбросив одеяло, я заозиралась по сторонам — и с ужасом поняла, что не понимаю, где нахожусь.
— Что происходит?! — взревела мама. Я дёрнулась и отстранила телефон от уха. — Отец битый час стоит на вокзале — встречает тебя! А тебя там нет! Сама не звонишь, на звонки и сообщения не отвечаешь. Мы уже не знаем, что и думать! У тебя совесть есть?!
Последний вопрос с подвохом и точно был риторический.
Я знала, что на него ни в коем случае нельзя отвечать. Потому что вне зависимости от ответа грянет буря.
Поэтому я промолчала, пережидая, и, собравшись с силами, встала с кровати.
К своему удивлению, тут же обнаружила рядом белые пушистые тапочки — и с благодарностью в них занырнула.
Накинув свою джинсовку, которая висела тут же на спинке стула, вышла за дверь.
— Алиса, где ты? — спустя минуту уже спокойнее спросила мама.
Вот бы и мне знать…
Я вышла в просторное помещение — кухню, совмещённую с гостиной, — и тут, словно по щелчку, всё вернулось на свои места.
Вчера мы с Данилой просидели в баре до позднего вечера, дожидаясь, когда его друзья закончат выступление. Потом были танцы. Много танцев. И сегодня они казались мне слишком близкими и… откровенными. Настолько, что при одном воспоминании у меня запылали щёки.
А потом к нам присоединились друзья Данила, и мы полночи гуляли по Питеру — по пустым улицам, по набережным, в этом странном светлом “почти-вечере”, когда ночь вроде бы наступила, но город всё равно не темнеет. Мы болтали обо всём подряд, много смеялись и глупо шутили — как несмышлёные дети.
Только под утро мы выехали за город — к Кате и Максиму, которые так любезно согласились приютить нас в своём доме.
— Мам, всё в порядке, со мной всё хорошо, — поспешила заверить маму, пока она не успела снова разразиться ругательствами. — Просто в последний момент у меня изменились планы…
— Ты что, не приедешь?! — перебил меня яростный возглас.
— Да нет же, мам… — я набрала в грудь побольше воздуха, задерживая дыхание. — Давай я перезвоню чуть позже и всё подробно объясню. Я только проснулась и мне нужна чашка кофе, чтобы хоть немного соображать.
И, не дав ей снова сбить меня с темы, я добавила:
— Передай, пожалуйста, папе, чтобы не ждал меня на вокзале. Сегодня я точно не приеду.
Я поспешила завершить разговор и от досады чуть не взвыла.
Со всеми волнениями и дорожными «приключениями» я совершенно забыла предупредить родителей, что приеду позже. И вообще — не сказала, что еду на машине. Потому что тогда… тогда мне пришлось бы признаться, что изначально я соврала и билеты даже не покупала.
Но тогда я ещё надеялась, что приеду вовремя — как и обещала, — и в радости встречи никто не обратит внимания, что я приехала вовсе не на поезде. А если и обратят, я на месте придумаю правдоподобное объяснение.
И о чём я только думала?..
В гостиной никого не оказалось — по крайней мере, мне так показалось. Но в следующий момент в дальнем углу пошевелилось что-то большое и мохнатое. Я вздрогнула и замерла.
В мою сторону целенаправленно трусил золотистый ретривер. Пёс легонько тявкнул, обошёл меня — боящуюся даже вдохнуть — по кругу, а потом ткнулся лбом в ладонь.
— Привет… — прошептала еле слышно и несмело погладила пса. Тот добродушно завилял хвостом, как метёлкой, тогда, осмелев, я погладила его уже увереннее и даже почесала за мохнатым ушком.
Тщательно обнюхав меня, пес, имя которого я совершенно не помнила, умчался вверх по лестнице — на второй этаж.
Я с облегчением выдохнула и прошлась по гостиной. Переместилась на кухню, налила себе стакан воды и подошла к высокому окну с выходом на террасу. На пару мгновений остановилась, рассматривая пейзаж.
Во дворе виднелись сад и мангальная зона — стол, стулья, место для отдыха. Дальше — соседские дома, а за ними на горизонте зеленела густая полоска соснового леса. Небо было чистое, голубое, и солнце светило так ярко, что нестерпимо захотелось выйти во двор и пройтись босиком по траве.