Выбрать главу

Но стоило свернуть на объездную, как стало ясно: этой дорогой не занимались уже много лет. Фонари попадались редко — и то горели через один. По обе стороны тянулся лес, иногда сменяясь заросшими полями, а под колёса то и дело попадались ямы, кочки, а кое-где покрытие и вовсе размыло дождем.

Алиса постепенно сбрасывала скорость — всё сильнее и сильнее. Но это мало помогало. Некоторые ямы прятались под лужами: о них узнаёшь только тогда, когда ныряешь колесом.

— Осторожнее… — выдохнул сквозь стиснутые зубы, когда мы снова подпрыгнули на кочке, и я макушкой впечатался в потолок.

Телефон Алисы снова завибрировал. Она еле слышно выругалась и, не отрывая взгляда от дороги, взяла трубку:

— Да! — рявкнула — и тут же, другим тоном: — Дима?!..

Я невольно навострил уши и мельком посмотрел на Алису. Неужели сейчас я узнаю, кто ей весь день названивает?

— Я не дома, — спустя паузу нехотя сказала Алиса, всё так же ловко выкручивая руль и объезжая ямы.

На том конце, судя по затянувшемуся молчанию с её стороны, Дима что-то говорил. Алиса слушала недолго.

— Не могу сейчас говорить, я за рулём, — отрезала она. И уже совсем недовольно добавила: — Умею! Всё. Я кладу трубку.

И она действительно сбросила вызов, тяжело вздохнув.

Какое-то время мы ехали в тишине. Потом я всё же не выдержал:

— У тебя неприятности?

Алиса помедлила с ответом. Ее тонкие пальцы стиснули руль так крепко, что костяшки побелели.

— Да так… — наконец выдавила она, не глядя на меня. — Просто знакомый.

Сказано это было с таким нарочитым безразличием, что я тут же заподозрил: совсем не «просто».

Меня так и подмывало расспросить подробнее, но у Алисы было такое выражение лица, что сразу становилось ясно: если полезу с вопросами — точно не поздоровится. И вообще, сейчас был явно не лучший момент для разговоров по душам.

В салоне вновь повисло тягучее, как смола, молчание, наполненное ожиданием. И в этот раз его не разбавляла даже музыка — лишние звуки сейчас только действовали на нервы. Видимо, не одному мне: Алиса выключила её сама.

Мы ехали, полностью сосредоточившись на дороге, вглядываясь в темнеющую даль. Вокруг не было ни души. Навстречу не проезжала ни одна машина, и только мы — одинокие путники — двигались вдоль кромки леса.

Колёса то и дело подпрыгивали на мелких кочках, шины мягко шуршали по мокрому гравию. Свет жёлтых фар выхватывал из темноты лужи — на воде вспыхивали блики и тут же исчезали, словно их и не было. Казалось, этой дороге не будет ни конца ни края.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я мельком посмотрел на часы и сказал, скорее себе, чем Алисе:

— Судя по всему, совсем скоро должен начаться город.

Алиса молча кивнула, не отрывая взгляда от дороги.

Мы въехали в особенно тёмный участок. По обочинам вроде бы стояли фонари, но почему-то ни один из них не горел. Ориентироваться приходилось только по свету фар — и, кажется, этого было недостаточно.

Вскоре колёса погрузились в вязкую кашу. Видимо, здесь начинался участок без асфальта, который после ливня размыло в грязь.

В первые мгновения никто из нас не мог представить, что эта случайность обернётся очередной катастрофой на нашем пути.

Машину внезапно мотнуло: корму повело в сторону, будто кто-то дёрнул нас за невидимую верёвку. Алиса взвизгнула и резко крутанула руль в обратную сторону, пытаясь выровнять машину — и тут же стало ясно, что этот манёвр был напрасным.

Колёса только глубже погрузились в размокшую жижу.

Алиса снова выкрутила руль, потом ещё раз — уже осторожнее, будто надеялась на чудо. Не помогло. Мотор недовольно зарычал: она нажимала на газ, сначала чуть-чуть, потом сильнее. Колёса провернулись, брызнули грязью — и увязли еще сильнее. Было очевидно, что мы не сдвинулись ни на сантиметр.

Мотор рычал всё громче, машина дёрнулась раз, другой… и окончательно замерла.

— Приехали… — тихо выдохнула Алиса.

В ее голосе — и в том, как поникли её плечи, — было столько обреченности, что у меня внутри всё сжалось. Девушка выглядела вымотанной: последние часы то и дело устало тёрла глаза и зевала украдкой.

Я едва удержался, чтобы не разразиться руганью. Мне было её по-настоящему жаль, но чем я мог помочь?

🔸 Дорогой читатель, не забывай ставить звездочки и оставлять комментарии - вам не сложно, автору приятно ❤️

Глава 19

🎶 The Paper Kites — “Bloom”

Калитка тихо скрипнула, колёсики чемодана зашуршали по мощёной дорожке. Соседский пёс громко и немного визгливо залаял при моём приближении. Предатель.