Связка ключей лежала наготове, но с замком всё же пришлось повозиться. Несколько раз звучно уронив ключи, я всё-таки нашла нужный и постаралась бесшумно вставить его в замочную скважину.
Дверь я открывала с особой осторожностью, стараясь не шуметь и не разбудить никого в доме. Весь прошлый день я все время была на связи с мамой, и она чуть ли не каждый час спрашивала меня, где я и когда приеду. Поэтому сейчас ужасно не хотелось ни с кем встречаться. Учитывая, что к ночи я так и не вернулась, боюсь даже представить, какой прием меня мог ожидать.
Дверь я открывала с особой осторожностью и в родительский дом входила, стараясь даже не дышать. Внутри было темно и тихо. В воздухе витали знакомые с детства ароматы выпечки: чего-то прямо пряного и сладкого. После морозного воздуха с улицы тепло дома ощущалось особенно приятным. Немедленно захотелось укутаться в него, как в плед.
Оставив обувь в коридоре, я подхватила чемодан и, на цыпочках, крадучись, направилась к лестнице на второй этаж. Но едва моя нога коснулась первой ступени, как в гостиной зажёгся свет.
— Что всё это значит, юная леди? — окликнул меня строгий голос.
И тут же к нему добавился ещё один, с чуть истеричными нотками:
— Алиса! Как всё это понимать?!
— Не думала, что моя родная внучка хочет свести меня в могилу… — ворчливо припечатала бабушка.
Втянув голову в плечи и съёжившись так, будто хотела стать как можно меньше, я медленно развернулась.
В дальнем конце комнаты, на диване, сидели мама в своей любимой пижаме с котиками и вытянутыми коленками и папа в старомодных джинсах и свитере с арановыми косами, будто только что пришел с улицы или наоборот, собирался уйти по делам.
Когда наши взгляды встретились, они одновременно поднялись: оба — со сложенными на груди руками и с таким видом, будто я прямо сейчас должна предоставить полный отчёт, с пояснительной запиской и приложениями. Правда, учитывая, что мама была в плюшевом халате, а светлые волосы заплетены в тонкую косичку, выглядела она не слишком устрашающе — несмотря на поджатые губы и сведенные на переносице тонкие брови.
Бабушка, в свою очередь, осталась сидеть в кресле. Её короткие пушистые рыжие волосы были взъерошены больше обычного, будто она только что поднялась с кровати. Бабушка смотрела на меня с укором и качала головой.
— Я думала, вы уже спите… — пробормотала в ответ, немного разочарованно.
Как назло, все дельные мысли и оправдания, которые я готовила весь последний час — пока нас с Данилом тащили на эвакуаторе в город, — совершенно вылетели из головы. Сказать по правде, я чувствовала себя настолько вымотанной, что в голове вместо мыслей роился бессвязный туман. Хотелось принять душ и завалиться спать, как минимум до обеда.
Но вместо этого, я стояла посреди гостиной, под перекрестными взглядами и смотрела на родителей жалобно, почти умоляюще, чувствуя, как груз вины давит на плечи. Но в то же время какая-то часть меня совершенно не понимала: а, собственно, в чём я виновата?
— Уснёшь тут… — фыркнула бабушка.
— Где ты была?! — взревела мама, подбегая.
Понеслось… — успела подумать я, прежде чем утонуть в водовороте вопросов и упрёков.
Комната тем временем медленно наливалась рассветом. Сонную тишину утра — почти деревенского — нарушали лай собак и кукареканье петухов. Звуки, от которых я успела отвыкнуть: в Москве такого точно не услышишь.
Прошёл не один час, прежде чем родители вытянули из меня полный рассказ моего путешествия со всеми подробностями. И мне пришлось выдать даже то, что хотелось утаить. Например, что меня отправили в принудительный отпуск и на работе у меня проблемы. Или что по пути я встретила Данила — и в дальнейшем он очень мне помог.
Разумеется, о том, что я ночевала в одном номере с незнакомым мужчиной, я предусмотрительно умолчала. Как и о том, что позже с этим же мужчиной гуляла по глухим карельским лесам.
Бабушка уже на середине моего рассказа отправилась на кухню за корвалолом, а вскоре к ней присоединилась и мама. Не стоило травмировать близких ещё сильнее.
— Ладно, — веско уронил отец и звонко хлопнул ладонью по колену. — Хватит мучить девочку! Главное, что всё закончилось благополучно.
— Верно говоришь, — цокнула мама и огляделась вокруг с таким видом, будто только сейчас осознала, что всё это время находится в собственной гостиной. — Ой! Уже утро, а мы и не спали совсем.
— Пойду готовить завтрак, — проворчала бабуля, с легкостью вспорхнув с кресла, из которого даже я вылезала с трудом. Она клюнула меня в макушку и бодрым шагом направилась на кухню.