Тогда мне и в голову не могло прийти, что он возьмёт и явится сюда. Ведь я его не приглашала. Более того, для меня оставалось загадкой, как он, приехав в незнакомый город, так быстро получил все нужные явки и пароли.
Сейчас он сидел позади моих родителей — свежий, отдохнувший и, как всегда, выглядел прекрасно. Одет, правда, не так торжественно, как жених и его брат. Но тёмные брюки, брендовый ремень, дорогая рубашка и массивные часы на запястье ничуть им не уступали.
Поймав очередной взгляд Данила, я прикусила губу. Я не знала, как вообще выходят из таких ситуаций.
С одной стороны, с Димой мы отношения не прерывали. Мы всё ещё… ну, как минимум, походили на пару. И по идее то, что он в последнее время проявлял интерес ко мне и моей жизни и, очевидно, решил устроить сюрприз своим визитом, должно было бы меня порадовать. И, возможно, случись это пару месяцев назад, так бы и было.
Но сейчас я чувствовала скорее досаду, чем радость.
А с другой стороны — Данил. Мне всё чаще казалось, что между нами промелькнула какая-то искра. Не громкая, не “киношная”, но настоящая. Такая, которую замечаешь не сразу, а потом вдруг ловишь себя на том, что ждёшь взгляд, улыбку, короткое “ну что”.
Данил мне нравился. Мне было легко с ним говорить и просто находиться рядом. И я, пожалуй, не была бы против, если бы наше общение стало чаще.
Но что тогда делать с Димой?
Рвать с ним отношения здесь и сейчас, когда он, в кои-то веки проявив инициативу, приехал в такую даль, чтобы увидеться со мной? Это казалось жестоким. Но если не прервать — не угаснет ли интерес Данила? А если угаснет… я потом сама себе этого не прощу.
Церемониймейстер закончил речь и передал слово жениху с невестой. Теперь настала их очередь говорить друг другу обещания. Не знаю, кто помогал писать текст Артему, а вот Свете — вся семья, это было видно сразу.
Клятва у неё получилась такая романтичная, что зрители, особенно в первых рядах, не удержались. Кто-то всхлипнул, кто-то утирал глаза украдкой. Ирина Павловна тоже прослезилась. Она прижимала к глазам белый платочек и смотрела на сына с нескрываемой гордостью.
Потом были кольца. Потом поцелуй. И наконец церемонию объявили завершённой.
Грянула музыка, посыпались аплодисменты, и молодожёнов тут же окружили гости — каждый хотел поздравить первым.
Улучив подходящий момент, ко мне подошёл Дима.
— Не ожидала? — с улыбкой спросил он и наклонился, чтобы поцеловать меня. — Решил сделать тебе сюрприз.
— Я так и поняла, — немного заторможенно пробормотала я. — Но как ты вообще узнал, где будет церемония?
— Твоя сестра помогла. Кристина, — он поймал мой взгляд и понятливо кивнул. — Как-то раз я позвонил тебе, а трубку взяла она. Слово за слово, познакомились… и она меня пригласила.
— Понятно, — сказала я. — Кристина у нас очень добрая.
Я нашла её глазами в толпе. Сестра стояла в стороне, облокотившись на спинку стула, и снова придерживала живот. Она что-то выговаривала старшему сыну, одновременно поправляя на нём одежду, и краем глаза следила за младшим: тому наскучило сидеть, и он бегал среди гостей. Женя, ее супруг, пытался поймать его, но безуспешно.
Лицо у сестры было слишком напряжённым, и я тоже невольно насторожилась. Со дня на день у неё ожидались роды. Не хотелось бы, чтобы это случилось сегодня.
— Признаюсь, до последнего надеялся получить приглашение от тебя, — Дима обнял меня за талию и мягко увёл чуть в сторону. — Но так и не дождался.
— Я не думала, что тебе захочется ехать в такую даль и… участвовать в торжестве, полном незнакомцев.
— Но это же свадьба твоей сестры, глупенькая, — Дима легко щёлкнул меня по кончику носа. — Как я мог пропустить такое?
— Дорогие гости! Столы уже накрыты, проходите в ресторан, не задерживайтесь! — перекрикивая толпу, объявила женщина-администратор. Та самая, что сидела напротив меня, когда мы с Данилом пересматривали банкет и договаривались о деталях.
Толпа зашевелилась и дружно потекла в сторону ресторана. Дима приобнял меня и мягко направил вперёд, пристраиваясь в конец очереди.
Мы прошли мимо Данила. Я заметила, что он провожает нас внимательным взглядом, и от этого стало неловко, как будто я опять что-то делаю не так — хотя, казалось бы, что тут такого.