Но вскоре мы въехали на мощенную тротуарной плиткой дорожку, зажатую между аккуратно постриженными кустами самшита. Миновали арку времен Петра I, увитую плющом, и, объехав по кругу огромный фонтан, наконец, остановились.
Двухэтажный белокаменный особняк с круглыми колоннами и стрельчатыми окнами навевал ужас.
Марсель заглушил мотор. Наступила тишина, нарушаемая лишь щебетанием птиц и журчанием воды в фонтане. Он выскочил из машины, и прежде, чем я успела что-либо сообразить, открыл мою дверь.
– Выходим, – скомандовал он, протягивая руку.
Я посмотрела на его ладонь, затем на особняк. Внутри меня нарастало отчаяние. Но показать страх нельзя. Нужно сохранять хладнокровие, если я хочу выжить. Сделав глубокий вдох, я приняла его помощь и вышла из машины.
-Добро пожаловать в твой новый дом, - с сарказмом произнес Марсель, обводя рукой территорию.
Вокруг ни души. Только этот жуткий дом, я и мой похититель. А еще страх, сковывающий все тело.
- И долго я здесь пробуду? - спросила я, стараясь не выдать дрожь в голосе.
Он потер переносицу.
- Месяц, - хмуро взглянул на меня. - Или у тебя проблемы со слухом?
Марсель повел меня к главному входу. Тяжелые дубовые двери распахнулись, и мы вошли внутрь. Внутри было еще холоднее, чем снаружи. И я вздрогнула, обняв себя руками.
Здесь все выглядело, как в музее. Высокие потолки, огромные люстры, лепнина на стенах. И в то же время все казалось совсем новым, но это всего лишь хорошая работа реставраторов – оживить историю и не дать ей угаснуть. Несмотря на старину здания интерьер разбавляли яркие акценты и элементы декора, выполненные в современном стиле.
Я обернулась.
Марсель стоял позади, будто чувствовал, что я могу сбежать. И заметив мой взгляд, устремленный на двери, приподнял бровь, словно хотел спросить: «Осмелишься?»
Нас встретила женщина в серой форме и белом переднике, как в английских фильмах про лордов и леди. Заметив меня, ее оценивающий взгляд прошелся сверху вниз, а губы слегка скривились.
- Жанна, доброе, отец проснулся?
- Доброе, да, у себя в кабинете, ожидает вас, - ответила домработница, не смея вновь на меня посмотреть.
Чужая рука легла на поясницу и подтолкнула вперед. От неожиданного прикосновения, вздрогнула, но оборачиваться не стала.
- Проводи жену в мою комнату, – произнес Марсель, обогнув меня. Он направился к лестнице – И принеси ей все необходимое.
Женщина коротко кивнула и жестом показала следовать за ней. Мы прошли по длинному коридору, мимо картин в массивных рамах, и поднялись по мраморной лестнице на второй этаж. Комната оказалась довольно темной. Темно-серые стены, деревянные рейки и балки под потолком, черные портьеры и люстра в современном исполнении, широкая двуспальная кровать создавали тяжелую, суровую атмосферу. Тут и гадать не нужно было, что ее хозяин мужчина.
– Теперь это и ваша комната, госпожа… – Жанна посмотрела на меня, не зная, как обратиться.
- Арина, просто Арина, - выдавила я, оттягивая футболку ниже. Взгляд женщины мне не понравился. Было в нем что-то злое, недовольное.
- Жанна Аркадьевна, - сухо представилась женщина и, подойдя к дубовому шкафу, потянула за латунные ручки. Дверцы распахнулись. Внутри висели халаты разных размеров и цветов, а на полках лежали стопки белья и полотенец. – Ванная комната рядом, - она указала на неприметную дверь возле зашторенного окна. - Если вам что-нибудь понадобится, звоните.
Она указала на старинный телефон, стоящий на прикроватной тумбочке. Затем молча вышла, оставив меня одну. Я огляделась. Кроме кровати, шкафа и тумбочки, в комнате стоял небольшой столик и кресло. Ничего лишнего. Холодно и неуютно. Как в тюремной камере.
Я подошла к окну. Отсюда открывался вид на задний двор – аккуратный газон, беседки и небольшой пруд с кувшинками. Красиво, конечно, но не радует. Я по-прежнему в ловушке. В мыслях крутилось только одно – как сбежать. Но для этого нужен план. И информация. Нужно понять, что здесь происходит и чего от меня хотят.