К скользким темам они больше не возвращались.
Позже, когда Аманда ушла, МакЛауд снова и снова припоминал весь разговор — и снова решал, что высказал именно то, что думал. Он в самом деле уже не хотел ни разбираться в чем-то, ни доискиваться какой-то правды.
Он не знал, зачем ему эта правда нужна. Почему бы не оставить все как есть?
*
…Нередко Бессмертные, по природе своей имея опасных приключений больше, чем может быть полезно для здоровья, находят удовольствие в самых что ни на есть серых буднях. Проснуться утром, отправиться на работу, налететь на штраф за неправильную парковку машины, прийти домой, приготовить ужин не только для себя. Да, это тоже важно — чтобы дом, который оставляешь утром и в который возвращаешься к вечеру, не был пустым и холодным.
Об этом нехитром счастье и думала Кедвин, просыпаясь рано утром и снова вспоминая, что лежит в постели не одна. После нескольких лет одиночества можно было позволить себе порадоваться лишний раз. Конечно, были еще несколько ночей, на Санторини и в том доме за городом. Но тогда все было слишком мимолетным и те приключения не ассоциировались с домом и повседневной жизнью.
Теперь же…
Всего три дня, напомнила себе Кедвин. Это еще не жизнь. Это вполне может оказаться таким же мимолетным приключением.
Кедвин пошарила рукой рядом, но нашла только подушку. Открыла глаза. Митос сидел на кровати, подтянув к груди колени. Как тогда, на Санторини…
Светлое настроение Кедвин мгновенно улетучилось. Она приподнялась на локте:
— Митос.
Он оглянулся. Улыбнувшись, снова улегся рядом с ней.
— Я тебя разбудил?
— Нет. Я просто… — Она вдруг поняла, что не знает, что сказать. — Мне показалось…
Он перестал улыбаться, вздохнул и отвел глаза.
— Это МакЛауд?
— Нет, — отозвался Митос тихо. — Роберт.
— Хм-м?.. Ты же дал ему возможность самому разбираться в своих сдвигах.
— Так и есть, но… — Он улыбнулся, будто виновато. — Впрочем, ты права. Не нужно…
Внезапная трель телефона заставила его умолкнуть на полуслове.
— Кто там еще?.. — Он потянулся за телефонной трубкой. — Да. Привет, Джо… Нет, хотя и жаль тебя разочаровывать. В чем дело? — последовала короткая пауза, потом Митос уже тише переспросил: — Ты уверен?.. Хорошо, я приеду… Да, постараюсь поскорее.
Он положил трубку и повернулся к Кедвин.
— Что? — напряглась она, увидев выражение его лица.
— Доусон звонил, — отозвался Митос. — Есть новости об этом парне, «Ричи». Нужно ехать в бар.
— Новости? — переспросила Кедвин, одновременно с ним вставая с постели.
— Ночью Стражи засекли поединок Бессмертных. Одним был «Ричи», другим — парнишка из приезжих, совсем недавно стал Бессмертным.
— И что?
— Тот парнишка победил. Наблюдатель видел это своими глазами. А позже в двух кварталах нашли труп этого победителя.
— Все еще не понимаю, что тут сверхъестественного… Ну нарвался он еще на один бой. И что?
Митос остановился и оглянулся:
— Во-первых, не было выброса витано. Во-вторых, трупа «Ричи» на месте первого поединка не нашли. В-третьих, прямо сейчас этот предполагаемый труп разгуливает по Парижу. Его видели уже в двух местах, недалеко от баржи МакЛауда.
Кедвин задумалась:
— Наблюдатель не мог ошибиться или соврать?
— Он мог бы и ошибиться, и соврать, но фотопленку заставить врать труднее… Ты едешь со мной?
— Конечно. Сейчас соберусь.
*
Воздух наполнился неслышным, но ощутимым гулом. МакЛауд поднял голову от книги. Всего три дня провел он на барже — в тишине и одиночестве, если не считать кратких визитов Кассандры и Аманды в первый день. Неужели на большее рассчитывать не приходится?
Он встал и решительно извлек из тайника под столом меч.
Дверь, скрипнув, открылась. Человек в джинсах и кожаной куртке ступил через порог и неуверенно затоптался у двери. МакЛауд, вздрогнув, сделал шаг навстречу, не доверяя своим глазам.
— Привет, Мак, — неловко улыбнулся гость. — Можно к тебе?
— Ричи… — шепотом произнес МакЛауд. — Как… Откуда ты?
При воспоминании о злополучной встрече в аббатстве Св. Христофора его обдало холодом, но в этот раз все было как будто иначе. Ричи выглядел смущенным, почти робким.
— Извини, если помешал, — неловко произнес Ричи. — Я… Можно нам поговорить?
— Поговорить? Да, конечно, — МакЛауд чувствовал нарастающую растерянность. — Проходи, присаживайся.
Ричи прошел к камину и осторожно сел на диван. МакЛауд опустился в кресло напротив.
— Мак, я… Конечно, я знаю, что ты обо мне думаешь… — начал Ричи, но сбился.
— Я ничего особенного не думаю, — сказал МакЛауд, дивясь про себя собственной холодности. Ведь это Ричи! Черт возьми, живой Ричи!
— Да нет… — тот досадливо покачал головой. — Конечно, думаешь. Я просто хотел кое-что объяснить…
Он помолчал, потом продолжил, старательно подбирая слова и глядя в пол:
— Я не знаю, что со мной было, Мак. Помню, что видел Джо с Хортоном в машине, потом звонил тебе. Помню, что искал Джо в здании трека… А потом очнулся в лесу. Поначалу вообще ничего не мог вспомнить — ни кто я, ни откуда. Меня подобрали монахи, привели в монастырь. Настоятель оказался Бессмертным. Когда я его почувствовал, память начала возвращаться. Не все сразу, частями. Помню, очень удивился, когда узнал, что живу в монастыре больше года. Дольше всего не мог вспомнить вот эти последние события… А потом, совсем недавно все вдруг высветилось. То есть я думал, что высветилось. Мне казалось, что я вспомнил. Тебя, нас. То, как появился Демон и…
— И что? — тихо спросил МакЛауд.
Ричи вскинул на него взгляд:
— Мак, мне казалось, что я все помню! Я помнил, как ты пытался убить… как ты убил меня! Мне казалось, что меня спасло чудо — специально, чтобы я мог отомстить. Я понимаю, это звучит дико… То есть это я сейчас понимаю. А тогда мне все казалось правильным! Я и жил только мыслями о мести. Я подумывал уйти из монастыря, но тут появился ты. Мне это показалось такой удачей! Но потом все изменилось. Я увидел, как тебе плохо, как… Я не знаю, как объяснить, но…
— Полагаю, ты был прав, — отозвался МакЛауд.
— В чем? — едва не подскочил на месте Ричи. — Да я как вспомню, чего тебе наговорил!
— Ты поэтому и пришел сюда?
Ричи опять сник.
— Я не хотел приходить, — убито произнес он. — Я думал просто уехать, скрыться куда-нибудь подальше. Больше не попадаться тебе на глаза. Но потом подумал, что нужно все-таки объяснить, чтобы ты не считал меня бессердечной тварью. Мне правда жаль, что так получилось, Мак. Я уеду…
— Зачем? — произнес МакЛауд медленно. — Зачем уезжать?
Он подался вперед, всматриваясь в лицо ученика:
— Ричи, я столько мечтал об этом… Что угодно был готов отдать, лишь бы вернуть тебя! И когда ты явился мне во сне и сказал, что нужно делать…
— Я — во сне? — растерялся Ричи. — Мак, пожалуйста… Ты в самом деле думаешь, что я — какое-то потустороннее существо? Вспомни, какая чертовщина творилась в те дни! Этот проклятый Демон, должно быть, подсунул тебе куклу, похожую на меня, чтобы ты думал, что меня убил! А меня загнал к черту на рога.
— Зачем? Если он мог заставить меня убить тебя, зачем ему было подсовывать куклу?
— Ха! — в глазах Ричи появились прежние веселые искорки. — А с чего ты взял, что мог вот так просто убить меня? Вспомни, как все произошло.
МакЛауд сдвинул брови и отвел глаза.
Ричи спохватился:
— Прости, Мак, я понимаю, тебе больно об этом вспоминать. Но я же живой, я здесь! И я плохо помню, что произошло. Какие-то смутные обрывки, как будто смотрел издалека или сквозь туман. Но мне кажется, мы с тобой даже и не сражались.
— Да, верно, — глухо отозвался МакЛауд. — Ты… То есть он, твой двойник, даже не защищался.