Когда Саша отошёл за водой для нас, ко мне подошла Лотти и сказала, что мы смотрелись мило. Сама нидерландка провела этот танец с Эйлором и осталась довольна. Они подходили друг другу, и этого нельзя было не заметить.
Допив воду, Саша сказал, что через несколько минут танцы продолжатся. Они уже не будут обязательными, и там можно будет меняться партнёрами. Саша из вежливости пригласил Лотти на танец, но девушка отказалась, так как устала и не хотела больше танцевать. Я порекомендовала Саше провести следующие минуты с Юлей Мишиной. Она мне нравилась, и я думала, что у них с Сашей могло бы что-то и выйти. Саша послушался моего совета и пригласил Юлию на танец. Девушка согласилась.
Мы с Лотти направлялись в дальний угол, мечтая придаться обсуждению услышанных слухов и разглядыванию танцующих пар, когда меня за плечо тронул Маркус и жестом предложил мне стать его партнёршей в следующем танце. Я согласилась. Мы с Маркусом также ни о чём не говорили, а лишь изредка смотрели друг на друга и улыбались. Этот танец не доставил мне дискомфорта, но я не чувствовала себя с Маркусом также, как и с Сашей. Тем не менее, это не помешало мне насладиться танцем и остаться довольной по окончании последнего.
Я хотела вернуться к Лотти, но мне опять не позволили. На этот раз мой покой нарушал Чарли Эйлор, намеренный пригласить меня на следующий танец, который, как он сказал, был заключительным. Я снова согласилась. Уже опытная и уверенная в себе, я потянула Чарли в центр зала, где мы и танцевали. На этот раз танец прошёл не безмолвно, мы успели со спортсменом многое обсудить.
— Что от тебя хотел этот канадец? — Недоверчиво спросил немец, прикусывая нижнюю губу.
— Ничего, просто танец. Возможно, он хотел извиниться за неудобную ситуацию, произошедшую с нами час назад.
— Он приставал к тебе? — Глаза Чарли забегали, он пытался глазами отыскать Пуша.
— Нет. Не совсем. Всё хорошо, не беспокойся.
— У него уже были подобные скандалы, и я не хочу, чтобы это повторилось с тобой. Ты уверена, что всё в порядке.
— Да, точно. Я не ожидала от него такого… — Чарли не ответил, а у меня в голове пронеслась мысль, что даже несмотря на этот факт я не перестану общаться с Маркусом, так как он понравился мне как человек.
— Так, значит, Раевская? — Спросил Чарли после непродолжительного молчания. Я кивнула. — Странно, я бы запомнил. Разве ты называла не другую фамилию во Франкфурте на пресс-конференции?
— Да, другую. Я представилась как Софья Громова. Это моя девичья фамилия.
— И давно ты замужем?
— С августа. Ты правда не знал? — С недоверием во взгляде и голосе спросила я.
— Знаешь, мы как-то не успели обсудить это. Я видел кольцо на твоём пальце. Я догадывался, но и подумать не мог, что ты Раевская.
Я пожала плечами и не ответила. С одной стороны, мы никогда не говорили при Чарли с Ником о чём-то личном, да и с Чарли мы о моей личной жизни не говорили вообще. Но, с другой стороны, мы с Ником часто проводим время вместе, и это трудно не заметить. Хотя, этому можно просто не придать внимание. В общем, я была удивлена, но не обескуражена.
Во время танца с немцем я чувствовала каждую клеточку своего тела. Я полностью отдалась моменту и осталась по-настоящему довольна. Мне казалось, что мы кружились по залу целую вечность, но я бы с удовольствием провела ещё одну вечность подобным образом. Мы были оба запыхавшиеся и красные от усталости, но довольные. Чарли оказался прав: больше танцев не было.
Примерно через час после танцев, который мы провели в активной беседе с Норманнами, первые гости начали покидать бал. Так за полчаса на балу осталась только половина гостей. Ещё через некоторое время почти все покинули особняк. Оставались мы вчетвером, Маркус Пуш, Юлия Мишина, ещё некоторые спортсмены и, конечно, Норманны.
У меня внутри вспыхнуло противное чувство, напоминающее о том, что скоро всё закончится, и жизнь вернётся в прежнее русло. Это чувство отравляло всё впечатление и мешало насладиться моментом. Как бы я не хотела раствориться в этих мгновениях, я остро осознавала необходимость настроить себя на возвращение в обычный мир.
— Крис, — спросила я, сидя рядом с ней на диване в гостиной, — а как вы познакомились с Яковом?
— Я ехала в автобусе, мне было около восемнадцати лет. Вдруг меня кто-то толкнул в спину тяжелой сумкой, я упала, у меня рассыпались вещи, лежавшие в сумке. Так как народу было много, мне было сложно собрать упавшие вещи. Уже дома я обнаружила, что оставила в автобусе паспорт. Тогда я слышу звонок в дверь, на пороге был парень с большой сумкой, толкнувший меня. У него в руке был мой паспорт.