Трое рыцарей и оказавшийся рядом сотник тесной группой вломились во вражеский строй. На щит Ройвиса обрушилось несколько ударов, он в ответ махнул мечом едва ли не наугад — шлем противника не выдержал и развалился надвое. Рана, похоже, не смертельная, но для того, чтобы оглушенный враг свалился под ноги, этого оказалось более, чем достаточно.
Рядом слаженным дуэтом танцевали Леора и Дойвего. Рыцарь ухитрился единым, слитным движением отбить несколько нацеленных в воительницу ударов — та, в свою очередь, не опасаясь чужих атак, срубила попытавшегося зацепить напарника здоровяка с двуручным мечом. Вражеский строй поддался, распадаясь на части, впереди мелькнул прячущийся за чужими спинами ровандисский командир — невысокий и щуплый, но в дорогих доспехах с шлемом, закрывающим глаза и нос, он мало напоминал здоровенных гвардейцев. Оказавшийся рядом тиорец вскинул лук, пытаясь лишить врага командования — и сам свалился, разрубленный пополам молодецким ударом.
И, тем не менее, дело клонилось к окончательному разгрому ровандисцев — пятеро тиорцев ухитрились взобраться на ближайшие деревья и теперь стрелы методично выбивали все новых и новых врагов — от выстрела с такой дистанции не спасала никакая броня.
К сожалению, понял это и вражеский командир. Недомерок вскинул перекрещенные руки — и в следующий миг из под земли ударили снопы густого черного дыма.
— Назад! — Гаркнул Дойвего. Стараясь не дышать, рыцарь бросился прочь. На какую-то секунду дым закружился вокруг глаз — и тут же нахлынула волна леденящего ужаса: зрение отказало напрочь. Лишь спустя показавшееся бесконечностью мгновение выяснилось, что на глаза треклятый дым никак не повлиял — видел Ройвис по-прежнему прекрасно — но вот внутри клубящегося облака ориентироваться можно было разве что на слух.
Один за другим, с перекошенными от ужаса лицами тиорцы выскакивали из черного облака — видимо, всех одолевали схожие страхи потерять зрение, а то и свалиться замертво — надышаться черной дрянью успели многие, и окажись та ядовитой…
С противоположной стороны раздавались резкие команды — Язык что в Ровандис, что в Тиорте один, так что разобрать приказы к отступлению труда не составило.
— Стройся, стройся, ублюдки! — сбоку уже раздавался зычный голос седоусого сотника.
— Если только в этом есть какой-то смысл, — пробормотал оказавшийся рядом с рыцарями Тельзаро, — если я хоть что-то понимаю, ребята собрались задать стрекача. Догоним?
— Ни в коем случае! — Меч Дойвего с зловещим шелестом исчез в ножнах, — сейчас мы лишены поддержки мистика. Остается лишь благодарить Небо, что они об этом не догадываются.
Отвернувшись от продолжавшего медленно расползаться облака, Ройвис бросился к распростертой на земле Вете и бережно поднял невесомое тело.
— Что с ней?
— Скорее всего, мистическое истощение. — Брат Дойвего был мистиком Ордена и иногда посвящал его в особенности тонкого искусства.
— И что с этим делать?
— Будем надеяться, само пройдет. Нам всем сегодня очень нехило повезло, брат.
— Как ты догадался…
— Броситься в атаку вместо разговоров? Девочка сказала, что среди них есть мистик. А выглядела она точь-в-точь как мой брат, когда его окончательно доконают тренировками.
— Сдерживала ровандисца, не давая ему колдовать, что ли? — Спросил прислушивавшийся к их разговору Тельзаро.
— Что-то вроде. Судя по всему, он был сильнее, и тянул время, расчитывая вырубить ее. Тогда мы бы не только с этим дымком познакомились.
— Почему же они задали стрекача? — с сомнением покачал головой командир.
— Потому что, дурья башка, иначе мы бы успели их пустить на мясную вырезку, — хмыкнула подошедшая Леора.
Вета, до этого бессильно висевшая у Ройвиса на руках, зашевелилась и открыла глаза.
— Все хорошо?
— Они сбежали. Кажется, ты сегодня спасла нас от крупных неприятностей. — Успокаивающе ответил рыцарь.
— Боюсь только, что эти неприятности я же к вам и притянула, — еле слышно прошептала девушка. До самого возвращения в лагерь она не произнесла ни слова.
— Пора уносить ноги, — категорично высказался Тельзаро вскоре после возвращения к палаткам.
Возражений не последовало. Нетрудно догадаться: после бегства ровандисцы обязательно вернутся — и это будут не привыкшие к полевым сечам кавалергарды, прекрасно подготовленные к лесной войне егеря. Посланные разведчики подтвердили — возвращаться беглецы не собираются — вместе с командиром-недомерком их осталось десять человек. Тиорцы в бою потеряли девятерых.
— Отправляемся к Тиорте, — продолжил командир тиорцев. — Тройв, проследи, чтобы через час все были готовы.
Давешний сотник коротко кивнул. Вскоре солдаты суетились, сворачивая пожитки под надзором ветерана. Тот об этих вояках был не самого высокого мнения.
— Тельзаро, тебя в бою ничем тяжелым не стукнули? — Понтересовался Дойвего. — Даже если ваша столица каким-то чудом еще не оказалась в осаде и не пала, пытаться ее удержать — форменное самоубиийство. У вас попросту не хватит людей, чтобы прикрыть всю городскую стену.
Тиорец наградил рыцаря злобным взглядом, однако тот и не подумал опускать глаз.
— Он прав, — поддержал побратима Ройвис. — Если хочешь действительно продолжать войну, а не бессмысленно погибнуть в неравном бою, ваша дорога с нами — в Веканис. Думаю, долго ровандисских армий под его стенами ждать не придется.
Тельзаро лишь покачал головой.
— Это не твоя война, рыцарь, и я благодарен вам всем за помощь. Ваш путь и впрямь лежит в Веканис. Но это моя страна, мой народ и мой город. И я буду защищать его, даже если этот бой безнадежен.
— Из всех придурков, мной виденных, ты — самый тупой, Тельзаро, гордись этим, — буркнула Леора. И, неожиданно, крепко обняла его. Кажется, она была готова разреветься. — Удачи тебе.
Тельзаро молча сжал девушку в медвежьих объятьях.
— Не предлагаю тебе пойти с нами…
— В первую очередь я — рыцарь Звездоцвета. — отрезала Леора. — И еще я никогда не одобряла самоубийств, даже если они продиктованы законами чести и верности. Я тоже считаю, что вы должны идти с нами.
Злобно фыркнув себе под нос, воительница направилась в сторону палаток. Ройвис и Дойвего, молча пожав Тельзаро руку, тоже отправились восвояси. На душе было кисло, но читать нотации тиорцам не тянуло.
— Это глупо, — пробормотала Вета, когда помогала Ройвису паковать их небогатые пожитки.
— Что глупо?
— Идти на верную смерть. Я вообще не уверена, что Тиорта до сих пор не взята. Тагерис Ровандисский всегда славился стремительностью атак. Не удивлюсь, если на воротах уже развевается знамя с красным журавлем.
Ройвис поморщился — в глубине души он был полностью согласен с девушкой. Какая бездна укусила Тельзаро?
— И что ты мне предлагаешь? Связать всех тиорцев и силком тащить их в Веканис?
— Все равно это глупо.
— Лучше объясни мне появление в лесу ровандисцев. Они охотились за тобой? — Вета мрачно замолчала. Ройвис уж отчаялся ждать ответа, когда девушка, сунув ему в руки кусок копченого мяса, резко, словно бросаясь в омут, выпалила:
— Да. Это был мой брат. Сейнарис, сын Архистратига Ровандис.
Ройвис оторопело уставился на пепельноволосую девушку. Та вся обмякла, хрупкие плечи бессильно опустились.
— Я его внебрачная дочь. По законам Ровандис это не играет никакой роли. Долгое время о моем происхождении никто не подозревал, но отец… то есть, тот мужчина, которого я считала отцом, докопался до правды и захотел сделать меня наследницей. Сумел убедить Ассамблею привлечь независимых мистиков, которые все подтвердили. Я старше брата — значит, по закону наследницей являюсь именно я. Для Сейнариса и для самого Тагериса это было шоком, но убить меня сразу они не решились — Ассамблея бы не спустила им такого самоуправства.
— Молчи об этом до тех пор, пока мы не останемся наедине с Леорой и Дойвего, — велел Ройвис, когда к нему вернулся дар речи. Последний сверток исчез в тощем дорожном мешке, и рыцарь, привычным жестом проведя рукой по волосам, взял Вету за руку и повел из шатра. Та доверчиво пошла следом. Принцесса Ровандис, подумать только…