— Он должен был выжить, — пробормотала Леора.
В голове Ройвиса тоже нет-нет, да проскакивали мысли о пропавшем побратиме. Дойвего во время боя находился неподалеку, но стремительный удар ровандисской кавалерии разделил их. Когда стало понятно, что битва проиграна и единственный шанс уцелеть — выбираться из кипящего котла Ландышевого луга, шансов найти друг друга не было никаких. Ройвис и Леора вместе с двумя десятками измотанных тиорцев смогли вырваться из окружения. Вот только попытка пересечь Тонкорские равнины закончилась плачевно для всех, кроме двух рыцарей: через несколько часов беглецов настиг усиленный разъезд. В заварившейся мясорубке полегли все тиорцы, Леора и Ройвис потеряли лошадей, а тиорские клячи частью погибли, частью разбежались — поймать их не было никакой возможности.
— Будем надеяться, — пробормотал Ройвис. — Если он уцелел, то путь ему, как и нам, только в Веканис. Хочется верить, там мы и встретимся.
— Хочется. — буркнула девушка, бросая в костер подобранную с земли шишку. Пламя радостно затрещало угощением.
Раздавшийся сбоку шорох отвлек от невеселых мыслей.
— О, а вот и наша тушка очухалась. — Резюмировала Леора. Незнакомка и впрямь пришла в себя. Приподнявшись на локте, она рассматривала спасителей. Черные глаза глядели испуганно и настороженно. Какой странный цвет, особенно на фоне светлых волос. Среди ровандисцев каждый второй сероглаз.
— Кто вы? — спросила, наконец, девушка. Ровандисский говор ни с чем не спутаешь.
— А ты? — бесцеремонно ответила вопросом на вопрос Леора.
— Я?
— Ты, ты. Какой бездны ты делала на Тонкорской равнине?
— Слушай, она еще толком даже не пришла в себя, — вступился за опешившую от такого напора девушку Ройвис, — может…
— Не может! Я не собираюсь давать ей время придумать какую-нибудь правдоподобную ложь. Так что, дорогуша?
— Я… Я убегала. — Пролепетала раздавленная натиском ровандиссийка. Рыцарю такое обхождение с раненой было не слишком-то по душе, но вмешиваться он не торопился. В глубине души он прекрасно понимал, что Леора права. Таскать с собой непонятно кого, ожидая, что ночью тебе пережут горло, перед этим скормив выдуманную историю — не самое большое удовольствие на свете.
— От кого?
— От убийц.
Судя по виду Леоры, та от односложных ответов ровандиссийки собиралась впасть в неконтролируемое бешенство.
— Лучше просто расскажи как ты оказалась у того ручья со стрелой в спине, — подсказал Ройвис. Судя по шипящему выдоху, раздавшемуся со стороны воительницы, та собиралась выдать куда менее содержательную, но значительно более эмоционально насыщенную тираду.
— Я не знаю, — робко пробормотала девушка, судорожно сглотнув. — Я не помню ручья. Я убегала от… от убийц. Они были ровандисскими солдатами.
— Это они тебя подстрелили? — поинтересовалась Леора, откладывая в сторону саблю.
— Наверное…
— С чего бы им за тобой гнаться?
Девушка замялась, но под грозным взглядом воительницы стушевалась и, опустив глаза, пробубнила себе под нос:
— Мой брат хочет меня убить.
Над костром повисло озадаченное молчание. Где-то вдали раздалось совиное уханье.
— Ну и порядочки у вас, — пробормотала Леора, от такого откровения подрастерявшая весь свой пыл. — И чего ты такого натворила, что родственничек решил тебя выпотрошить?
— Я старше его и, по закону, считаюсь наследницей. Я не сделала вам ничего плохого, пожалуйста…
— Это нам решать, сделала или не сделала, — рыкнула Леора. Впрочем, в ее голосе не слышалось былой холодной ярости. Да и зашуганная девчонка мало напоминала тех солдат, что позавчера об колено ломали силу Тиорты.
— Хватит на нее гавкать, — вмешался, наконец, Ройвис. — Как тебя зовут?
— Вета. — Девушка попыталась робко улыбнуться. Получившаяся гримаса на улыбку походила так себе, но для начала сойдет и так.
Запасов было всего ничего, но морить спасенную голодом было не слишком правильно, так что Ройвис поделился с ней собственной кружкой с кипятком и несколькими сухарями. Свитер из овечьей шерсти, в который ее одели вместо безнадежно испорченных во время лечения вещей, оказался велик. А в кожаной куртке, которую ей ссудил Ройвис, она сидела, словно не в одежде, а в небольшом домике, из которого сверкали черные испуганные глаза.
— Ты была с армией? — Продолжила расспрашивать ее Леора, после того, как с первым сухарем было покончено. Спина Веты заметно напряглась.
— Да. — Наконец призналась ровандиссийка. — В обозе.
— Что ж твой братец тебя потащил в поход? Дома прибить не мог?
— Было бы расследование. В Торговой Ассамблее нашлись бы те, кому выгодно докопаться до истины и обвинить его в убийстве. Наверное, он решил не рисковать.
— Ну так и чеши обратно в свой Ровандис. Попросишь эту драную Ассамблею о защите и живи припеваючи, — вынесла вердикт Леора.
Девушка вздрогнула.
— Если я так сделаю, я стану предметом начавшегося торга. Думаю, в конце концов… — Вета запнулась, — брату есть что предложить в обмен на мою жизнь. В конце концов…
В наступившей тишине раздался всхлип. Леора мрачно насупилась, да и Ройвис чувствовал себя не в своей тарелке. В ордене Звездоцвета все рыцари считались побратимами. Конечно, не всегда отношения между ними напоминали братскую любовь, доходило и до свар, и до поединков, но такое расчетливое истребление родственников и соратников ради поживы или наследства в ордене не встречалось.
— Вот за эту грязь я и не люблю Ровандис, — процедила Леора и, завернувшись с головы до ног в заляпанный грязью плащ, принялась укладываться на землю. — Бездна с тобой, девка. Будем считать, что ты меня убедила.
Не объясняя, в чем именно та смогла ее убедить, воительница отвернулась от огня.
Вета, ссутулившись, продолжала горько всхлипывать. Ройвис подавленно молчал, пытаясь представить себе, каково это — стать изгоем в собственной стране не за преступление, не за мятеж против правителя, а просто из-за того, что повезло родиться таким образом, чтобы твоя смерть стала ключиком к чужому благосостоянию. Получалось так себе, но ощущения от процесса были не из приятных.
— Успокойся, — ладонь Ройвиса легла на вздрагивающее плечо девушки. — Дойдешь с нами до Веканиса… А там что-нибудь придумаем.
— Вы меня не бросите? — Теперь в черных глазах теплилась надежда.
— Ну не злодеи ж мы, — пробормотал сбитый с толку рыцарь. За что получил еще одну благодарную улыбку. — Давай-ка на боковую. Ты, конечно, только очнулась, а вот мы за день на ногах…
Закончить он не успел — девушка послушно свернулась калачиком. И то сказать, полуобморочное забытье от раны и здоровый сон — совсем не одно и то же, так что вряд ли беглянке грозит бессонная ночь. Сам Ройвис тоже растянулся на земле, кое-как закутавшись в кожаный плащ. В одеянии за время, проведенное на Ландышевом лугу, появилось несколько не предусмотренных портным отверстий, но подобные мелочи его сейчас смущали в последнюю очередь.
Шум проснувшегося лагеря долетал из-за незастегнутного полога, прогоняя зыбкий утренний сон. Тельзаро немного поворочался с боку на бок. Больше всего хотелось плюнуть на все заботы и провалиться обратно в сладкую дрему, но когда это командирам выпадала такая славная доля? Тихо зашипев — дали о себе знать покрывающие тело ссадины и ушибы — всадник отбросил заменявший одеяло подбитый волчьим мехом плащ. Порванный в нескольких местах, но кого волнуют такие мелочи? Холодный ветерок живо выколотил остатки сна. Собирая раскиданную по полу одежду, Тельзаро успел изрядно продрогнуть.