— К сожалению, таэ Лиардис отсутствует, — проинформировал девушку дворецкий. — Если вам будет угодно, можете подождать ее в гостиной.
Надо же, как неудобно получилось. Вообще-то Вета собиралась отправиться к таэтиссе куда позже. Если бы не Ройвис с его попытками услать ее за тридевять земель — так бы и получилось. Ну ничего, вряд ли Лиардис не одобрит ее раннего появления.
— Да, спасибо. — Вета позволила лакею провести ее по давным-давно изученному маршруту. Ничуть не изменившиеся с первого посещения усатые портреты провожали девушку насупленными, грозными взглядами. Иногда она жалела, что не родилась в Кедровой Лиге, куда более близкой к империи. Хотя, еще неизвестно, как бы тогда сложилась ее судьба. Таэтис вассальными человеческими территориями не слишком-то интересовались. Для всего мира совершенно не секрет, что лига для империи не более, чем буфер, лежащий между их землями и беспокойными соседями. А с инструментом дружат редко — куда как чаще его используют. Ветассия уже предвкушала, как попросит слугу принести чашку чая, который здесь уступал разве что непревзойденному мастерству тахаданца Чегдраха. Да еще и в огромном, под потолок, шкафу пылится огромное количество книг. Наверняка никто не будет возражать, если она вытащит парочку…
Увы, мечты об уединенном наслаждении старыми рукописями рухнули в одночасье. Вернее, если быть точным, их уже исполнили — правда, без какого бы то ни было участия со стороны Веты. В одном из кресел помпезно обставленной комнаты развалился незнакомый девушке черноволосый парень исключительно хлыщеватого вида. Мало того, что в одной руке незнакомец держал чашку с тем самым душистым чаем, так еще и на коленях его уютно расположился толстый томик в кожаном переплете. Длинные пальцы с покрытыми бесцветным лаком ногтями лениво переворачивали страницы. Листы тончайшего пергамента издавали скрипучий шорох.
— Таэ Кесиан? Прошу прощения. Я не хотел вам мешать, — кажется, невозмутимый дворецкий испытывал определенную неловкость. Вета же во все глаза уставилась на второго таэтис, встреченного ей за всю жизнь.
— Вы и не помешали. — Юноша поднял янтарные глаза. Безразличный взгляд скользнул по лакею, словно тот был не человеком, а предметом меблировки. Принцесса удостоилась более заинтересованного и внимательного изучения. — Что вам угодно?
— Леди Ветассия пришла на встречу с таэ Лиардис… Я полагал, до ее возвращения наша гостья может провести время в этой гостиной. — Дворецкий явно чувствовал себя не в своей тарелке. Вета же едва удержалась от не слишком-то приличного в этой ситуации пожатия плечами. После знакомства с Лиардис отношение к обитателям империи изменилось очень разительно. Порывистая таэтисса оказалась слишком уж отличной от того образа, который все это время царил в голове девушки. Хотя, этот Кесиан, похоже, куда сильнее похож на «настоящего» таэтис. По крайней мере, чего-чего, а снобизма ему точно не занимать.
— Здравая мысль, — согласился аристократ, прекратив, наконец, пялиться на Вету. — Если миледи не возражает против моего общества, буду рад скрасить ее времяпровождение.
На миг девушке показалось, что таэтис выскажет что-то вроде «ничего не имею против вашего общества» — этак снисходительно и с оттенком пренебрежения. Однако, приглашение получилось по-великосветски куртуазным, чем-то неуловимо напомнив те выверты, которые так любили при дворе Архистратига.
— Почту за честь, таэ Кесиан, — Вета, не удержавшись, сделала какое-то подобие книксена. И только после этого вспомнила, что вместо церемониального вельсийского наряда на ней довольно простенькое домашнее платье. Спасибо хоть, что не в горошек.
Щеки мгновенно покрылись румянцем. Ах ты ж бездна проклятий, ну почему этот дряной таэтис догадался приехать именно сегодня! Конечно, при всех обидах на Ройвиса этот образчик изящных манер ей и на порог не нужен, но какая разница? Самое обидное — судя по мелькнувшему в янтарных глазах выражению, таэтис прекрасно понял, что именно творится в голове его собеседницы, но при этом старательно делал вид, что все идет ровно так, как и должно идти.
Вета сама не понимала, что испытывает к Кесиану — то ли благодарность за столь идеальное поведение к оказавшейся в дурацкой ситуации девушке, то ли жгучее раздражение. Тем не менее, принцесса позволила усадить себя за стол. Вскоре после того, как перед ней поставили дымящуюся чашку чая с неведомыми пряностями, жизнь начала казаться если и не восхитительной, то, как минимум, достаточно сносной, чтобы перестать чувствовать себя зажатой дурехой, оказавшейся нагишом на великосветском балу.
Лиардис не заставила долго себя ждать: предложенная чашка как раз опустела, когда хлопнула дверь и таэтисса предстала перед Кесианом и Ветой. Аристократ — в отличие от своей спутницы, титула Высочайшего он не имел — в силу своего умения развлекал гостью рассказами об имперских обычаях.
— Воркуете, голубки? — Ехидно поинтересовалась Лиардис, смерив их сияющим зеленым взглядом.
Ответить Вета, растерявшаяся от неожиданного сарказма в свой адрес, не успела.
— Кстати, Кесиан, тебе уже представили нашу гостью? Ну так познакомься, Ветассия Эргерион, наследница Архистратига Ровандис! — Голос Лиардис буквально сочился ядом. Таэтисса смерила застывшую в кресле девушку долгим взглядом. Странно, но в зеленых глазах, вопреки раздраженному тону, плескалось самое настоящее сочувствие.
— Я… — Горло словно удавкой перехватило. Вета словно со стороны услышала собственный судорожный, шумный вдох. Что с ней теперь будет? Откуда Лиардис смогла узнать эту тайну?
— Кажется, ты только что запугала нашу гостью до полусмерти, — прозорливо заметил Кесиан. Рука с выкрашенными длинными ногтями подвинула к оцепеневшей девушке чашку. — Мой вам совет, сделайте пару глотков и успокойтесь.
Успокойтесь! Легко сказать! Вета отчаянно пыталась найти выход из сложившейся ситуации. Даже непонятно, что страшнее — то ли что тайна раскрылась, то ли доверие со стороны Лиардис, которым она пользовалась, тщательно скрывая свою истинную личность. Таэтисса наверняка чувствует себя обманутой.
— Таэ Лиардис, я… — желание как-то сгладить всплывшую правду даже подмяло недоумение — откуда хозяйка особняка узнала ее родовое имя?
— Мы, кажется, договорились обходиться без дворцовых любезностей, — бесцеремонно перебила ее Высочайшая. С сердца Веты словно камень рухнул. — Немедленно отправляйся наверх.
— Зачем? — Ошеломленно хлопнула глазами Вета.
— Подберешь себе нормальную одежду вместо нелепого халатика, в котором ты умудрилась нанести мне визит, — фыркнула Лиардис. Зеленые глаза с непередаваемым скепсисом прошлись по скромному домашнему платью. — Оставаться в городе, дорогуша, тебе сейчас противопоказано.
— Это еще почему!?
— Да потому, дурья твоя башка, что я только что из королевского дворца — и именно там мне и поведали, кто ты такая на самом деле! — Рявкнула Лиардис. В комнате воцарилась звенящая тишина. Вета почувствовала, как по коже побежали мурашки. Откуда вельсийцы прознали о ее происхождении? Что они с ней сделают? Убьют? Едва ли. Скорее начнут активный торг с Тагерисом, благо до Архистратига буквально рукой подать — а через пару дней он и вовсе вольготно расположится под стенами.
— Единственный разумный выход для вас, миледи — бежать в империю. — В отличие от Лиардис, Кесиан сохранил на лице учтивую улыбку.
— С таким именем ты совершенно точно получишь убежище. — Убежденно кивнула таэтисса.
— Ну да, убежище, от которого я потом уже не смогу отказаться, — мрачно поддакнула Вета. Кажется, все ее надежды навсегда забыть о родовом имени только что рухнули. И под их обломками оказалась заживо погребена мечта о спокойной жизни, свободной от политических дрязг и сомнительной чести превратиться в предмет торга. Тот же мешок с зерном — только покупателями и продавцами выступают не крестьяне, а сильные мира сего.
— Уверяю вас, остальные варианты куда менее приятные. — Мягко возразил Кесиан. — Мы, по крайней мере, можем гарантировать наследнице Ровандис жизнь и пусть относительную, но свободу.
Вета вспомнила о давнем разговоре с Дойвего. Брат рассказывал рыцарю Звездоцвета о мистических узорах, способных сжить со света кого угодно — лишь бы была в наличии кровь близкого родственника жертвы. К горлу невольно подкатила тошнота. Если вельсийские правители решат не торговаться с Тагерисом, а одним махом избавить себя от вражеского полководца, посеяв в ровандисском стане распри из-за поста командующего… Девушка достаточно разбиралась в мистическом искусстве, чтобы понимать: шансы пережить такой ритуал весьма сомнительны не только для Архистратига, но и для его дочери.