Миловидная, делая движение узкими плечиками:
– Пожалуйста.
Шибалин почти растроганно:
– Благодарю вас, гражданка! Благодарю! Кажется, это пустяк, а между тем это такая редкость в наше культурное время! Значит, вы не из числа тех, которые принципиально не разговаривают с "незнакомыми"?
– Отчего же не поговорить с человеком? Конечно… если мужчина не позволяет себе ничего лишнего.
Ну, это само собой разумеется. А вообще-то вы, гражданка, ничего не имеете против так называемых "уличных знакомств?".
– Нет, имею, – кивает миловидная козыречком. – И даже очень. Это я только с вами так разговариваю – сама не знаю почему.
– Гм… Что же вы имеете против? Что именно?
– Вы спрашиваете о знакомствах на улице с мужчина ми? – смотрит она прямо в лицо Шибалина.
– Ну, Допустим, что с мужчинами, – отвечает Шибалин.
– Видите что, гражданин… Мужчина в таких случаях всегда подходит к женщине с… грязной целью.
– Как это с "грязной"?
– Так, с грязной.
– Что вы называете "грязной целью" мужчины?
– Это когда… как бы вам сказать… ну, когда попользоваться женщиной несколько времени и – до свиданья!
Шибалин улыбается:
– Быть может, вы и мой подход к вам поняли так же!
Миловидная смущенно смеется:
– Нет, нет, зачем же. Я обо всех так не говорю. Я говорю только об очень молодых, о мальчишках. А вы… вы мужчина солидный.
– Немного странно, гражданка: вы сами еще так молоды, а по вашим словам выходит, как будто вы не очень милуете молодых.
– А что с них, с вертунов? Связаться с молодым – это значит на какие-нибудь два-три дня.
И она пренебрежительно поджимает губы.
– А вы хотели бы навеки? – осторожно спрашивает Шибалин.
– Во всяком случае, не на короткое время. Каждая женщина этого хочет. Кроме, конечно, ветреных.
– А мужчины? А они, по вашему мнению, чего хотят?
– О мужчинах вы сами очень хорошо знаете. Мужчине лишь бы сегодня поиметь с женщиной, а завтра он с ней уже незнаком. Вот что такое ваши мужчины! Есть многие из муж чин, которые, случайно встретившись на улице с барышней, на другой день назначают ей еще одно свидание: она сидит, мок нет на дожде или мерзнет на морозе, а они не приходят, уже ищут другую, более интересную. Одним словом, скоты!
– Чем же вы объясните подобное "скотство" мужчин?
Завистью. Мужской завистью. Есть такая мужская зависть: как бы мужчине ни было хорошо с одной, он все равно будет пялить глаза и на других.
– Зависть ли это? А не природа?
– Какая может быть тут природа, когда одна у него уже есть? Женщина, когда находит себе постоянного мужчину, она Бога за это благодарит, – а не то что кидаться к другим, как это делаете вы, мужчины! Конечно, и среди вас тоже бывают хорошие исключения…
Шевелит длинными ресницами под козыречком и оценивающим взглядом скользит по его ботинкам, потом по платью, потом по шляпе. Тоном утверждения спрашивает:
– А вы что… где-нибудь служите? Шибалин:
– Нет.
Тоном еще большего утверждения:
– Чем-нибудь торгуете? Шибалин:
– Нет. Она:
– Как же так? Нигде не служите, ничем не торгуете… Шибалин:
– А вот ухитряюсь.
Улыбается, достает записную книжку, карандаш, быстро, по-писательски набрасывает несколько полуслов, прячет. Миловидная успокоенно:
– Ага. Теперь знаю. Из уголовного розыска.
Шибалин смеется:
– Нет, нет. И не из уголовного розыска. Но в конце концов это и не так важно, какая моя профессия.
– Ну нет. Все-таки хотелось бы знать… Искоса поглядывает на него серьезными глазами. Шибалин потешается- над ее взглядом, хохочет:
– Почему вы так подозрительно смотрите на меня?
– Очень просто: потому что совсем не знаю, кто вы. Может быть, вы даже женатые.
– Ага, вот вы чего боитесь!
– К сожалению, на московских мужчин приходится так смотреть.
– Видно, московские мужчины здорово вам насолили.
– Не мне. Одной моей подруге. Раз к ней тоже вот так на бульваре, не хуже, как вы сейчас ко мне, подсел такой же суфлер. Наговорил ей! Напел! Чего только не наобещал! А она развесила уши, поверила и согласилась. Он пожил с ней не сколько времени, повытаскал из сундука последнее и скрылся.