Убедившись в тщетности попыток, Его Величество отхлебнул вина и посмотрел на окно. Видневшаяся за ним большая сосулька оплакивала свою приближающуюся смерть, роняя вниз редкие крупные капли.
Все были заняты своими собственными делами.
— Дерьмо, — неожиданно заявил Его Высочество. — Самое натуральное дерьмо.
— Что дерьмо? — не понял Кирхан.
— Всё дерьмо. От своих этот, — главнокомандующий мотнул головой в сторону дверей, за которыми скрылся Великий магистр, — отказался. На наши требования согласился. Почти не торговался… А самое дерьмовое — такой прекрасный повод прижать ублюдков!
— Ну-у-у, не такой уж и прекрасный, — хмыкнул после недолгого раздумья король. — Всех проблем — объявить своих отступниками. Неприятно — не спорю. Однако ж и не смертельно. Десяток недовольных в Ордене, не больше. Да и то вряд ли: репутация Ордена важнее, а мёртвые… Им особой разницы нет. Тем более что сами виноваты.
— Жрецы Милостивого тебя не слышат, — усмехнулся Рисхан.
— Кстати, как они там? — встрепенулся Его Величество.
— Довольны, как обожравшийся гоблин. Уж не знаю, как они сумели выдать мертвеца за живого, но после этого случая протащить эту нежить в храм можно без всяких проблем. Да и во дворец на аудиенцию, если что…
— На аудиенцию?!
— А! Я ж тебе не сказал! — главнокомандующий допил вино и широко ухмыльнулся: — Они не просто за живого его выдали, они из него варварского князя сделали. Хоть и не правящего, но и не изгнанного. И гобла дохлого докажешь обратное. Его сиятельство Гельд Проклятый, видишь ли, не просто из-за хребта, а вообще с дальнего Севера. Якобы морской разбойник бывший. А там — у кого десяток мечей, тот и князь. Вот так! — и старший принялся наливать себе вторую порцию, бурча под нос что-то вроде: «Мои б бездельники так работали…»
Вслушиваясь в это бормотание, Кирхан согласно кивал: решение и правда выглядело весьма изящно, предоставляя широкие возможности для манёвра. Конечно, самозванство не есть хорошо, но… Но а вдруг это так и есть? В том смысле, что происходил нынешний мертвец из знатного рода, пусть даже и не княжеского? Что тогда? Сохраняются ли за покойником прижизненные титулы и звания? Или, выражаясь другими словами, является ли факт смерти достаточным основанием для лишения усопшего титулов, званий, наград и тому подобного? В законе об осквернении могил говорится…
— Что?… — увлёкшись решением неожиданно подвернувшейся задачи, Его Величество пропустил слова брата мимо ушей.
— Говорю, задумал этот ублюдок что-то! — повторил Рисхан, немного повысив голос.
— Мертвец? — не понял Кирхан.
— Какой, к гоблинам, мертвец?! Кир, ты о чём думаешь?!
— А? Я?! Извини, отвлёкся.
— Отвлёкся он, — проворчал главнокомандующий. — Вот так вот отвлечёшься не в то время и… Ладно, — махнул он рукой, — гоблин с ним. Скажи лучше, что делать будем?
— Делать? — переспросил Его Величество. — А что мы сейчас можем делать? Только ждать…
Несмотря на все опасения, дальнейший путь до самой столицы прошёл спокойно. Ночевали большей частью на постоялых дворах, и тогда мертвец требовал себе в номер ванну, удивляя этим караванщиков и вояк. Уставшие бояться люди заключали пари, выдвигая самые различные предположения, для чего князю (и Дарсиг, и Керах предупредили своих, что тот, кто назовёт лича иначе, будет отдан оному на опыты) столько воды. И осаждали вопросами сопровождающих, однако Хассрат с Велирандом только насмешливо фыркали и то и дело отваживали молодых и не очень служанок, стремившихся потереть спинку важному господину. А заодно и заработать известным способом.
Впрочем, получив отлуп, дамы не слишком-то и огорчались: пусть не таких знатных, но мужчин вокруг хватало. Сын Ушастого, уже довольно долго обделённый женским вниманием, тоже попытался было принять участие в утешении неудачниц, однако нарвался на короткую, но весьма информативную лекцию старшего товарища. Оказалось, что здесь — не долина и утешаемым придётся заплатить. И потом, есть риск подхватить от них какую-нибудь гадость. За лечение от которой опять же придётся выложить денежку, но уже магу. Например, Мяснику. Последовал кивок в сторону как раз проходившего мимо Лиртво. Целитель, прекрасно слышавший весь разговор, сделал серьёзную физиономию и важно кивнул: мол, да, всё правильно, платить придётся. О том, что в таких случаях в первую очередь проверяет ауры жриц любви на предмет наличия этих самых гадостей, он, само собой, сообщать не стал — зачем портить чужую игру? Тем более что научиться плохому юнец всегда успеет. Особенно в столице, в непосредственной близости которой пареньку придётся провести не меньше полугода — до следующего каравана.