- Ты уверенна?.. Лучше гнев отца, чем так... При всем при том, отец тебя любит, - кажется, Джек считал варианты. - Я узнаю, но быстрее будет, если ты ознакомишь меня с раскладом.
- Джек, что ты задумал? Ты сам сказал - "можно купить или запугать", а я сама согласилась, понимаешь?..
- Слушай, ты что кабальный договор подписала? Как согласилась, так и отказаться можно. А если господин не понимает слова "нет" - нужно объяснить. У тебя нет братьев, а отцу ты не хочешь говорить. Чем он тебе может грозить - скажи? Потому что иначе я наломаю дров, не видя всей картины.
Лидия вздохнула, подбирая слова - и нашла единственное верное.
- Репутация. Я - человек, который согласился на боль... и чужую власть, - лица ее Келли не видел, а голос звучал очень спокойно и размерено, словно она читала очень скучный доклад. - Это было бы просто... предпочтениями, не будь я Лидией Ян. Отец ждет, что я встану во главе корпорации. Если это просочится - я потеряю все. Если ты начнешь решать проблему, лучше ты не сделаешь - живой или мертвый, он меня не отпустит, это вопрос власти, понимаешь? Я видела как это происходит, как информация появляется после смерти - потому что она уже заряжена, потому что даже у мертвого есть власть. Единственное, что я могу - попробовать сделать так, чтобы он потерял ко мне интерес. Другого выхода я не вижу.
- А оно стоит того... это все?.. - серьезно спросил он.
- Если это выйдет на свет, мой отец потеряет лицо, - так же серьезно отозвалась она. - Дельнейшее можешь спрогнозировать сам. Если смотреть отсюда... не так уж много он и хочет. Я сама виновата.
- Я тебя понял, - он кивнул и отстранился. Лицо Келли было сложным, но он явно продолжал крутить в голове варианты и, судя по выражению лица, безнадежной он ситуацию не видел.
Лин разжала руки. Ее не удивляло желание Келли оказаться подальше от нее. Девушка отошла к креслу, но садиться не стала:
- Я прошу тебя не делать мою жизнь сложнее, чем она есть.
- Я не сделаю тебе хуже, клянусь, - он покачал головой. - В конечном итоге я твоя охрана и обязан решать твои проблемы, помимо всего прочего. Посмотрим.
- Спасибо, - это прозвучало искренне. - Джек... - девушка заколебалась, но все же спросила, - тебе противно?
- Нет, с чего ты взяла?.. - он посмотрел на нее серьезно. - Милая, я искренне считаю, что в сексе нету ничего постыдного до тех пор, пока все происходит по обоюдному желанию. Нравится тебе играть в эти игры - твое право. Пока ты этого хочешь. Я пытаюсь вмешаться только потому что ты плачешь. Понимаешь?
Она обернулась, тронула пальцами его лицо.
- Если ты забудешь обо всем этом, просто забудешь, что это есть... я перестану плакать.
- Прости, я не могу. Ты плачешь не из-за меня.
- Я тебя услышала, - это прозвучало устало. - Ладно... через четыре с половиной часа мне потребуются работающие мозги и свежее лицо.
Он закрыл глаза и у него дернулась щека - как будто от боли.
- Прости.
Лидия, уже шагнувшая к двери, остановилась прямо перед ним:
- Твоя последняя возможность сказать что-то... на ближайшие четыре дня.
- Я люблю тебя.
Девушка вздрогнула, и лицо ее внезапно стало беспомощным, будто эти слова раскололи ледяную скорлупу, которую она так тщательно выстраивала вокруг себя.
Он усмехнулся, но как-то невесело, и развел руками:
- Кажется, я сильно усложняю твою жизнь.
Она осторожно коснулась его руки:
- Мне было хорошо с тобой сегодня... весь вечер. Пойдем.
Он кивнул, распахнул спальню, проверил, что снаружи как и должно - никого. И выпустил ее из ванной.