Впрочем, один взгляд в окно подтвердил истинность слов подруги: солнце уже давно миновало зенит. Покачав головой, я встала, коротко охнув от боли в натруженных ногах, и направилась в ванную. Впрочем, сделав пару шагов я застыла, краем глаза увидев себя в зеркале. М-да, видок у меня был еще тот — несвежий зомби, да и только! Ложась, я не умылась и ничего не сделала с волосами, так что теперь под глазами были фиолетовые потеки, а прическа могла занять первое место на конкурсе в стиле «взрыв на макаронной фабрике».
— Иди сюда, помогу с волосами, — прервала мои мысли Сигни, — сама ты их не распутаешь.
Она ковырялась почти полчаса, пока не вытащила все до единой шпильки и не расплела все пряди, затем подтолкнула меня к двери в ванную:
— Иди, мойся.
Вышла я только через час, Сигни вскинула на меня глаза и одобрительно заметила:
— Ну вот, теперь ты похожа на себя, а не на умертвие какое! Одевайся, — в мою сторону полетела форма, — и идем обедать!
— Да я не хочу, — все еще заторможено произнесла я, но тут же была прервана подругой:
— Я сказала идем, значит идем! Тебе надо поесть и начать соображать!
Выйдя из общежития, я глубоко вздохнула. Похоже, ко мне начал возвращаться разум, Сигни одобрительно кивнула:
— Ну вот, совсем другое дело! О, вот и наши парни!
Я повернулась, по дорожке к нам спешили Рейн и Лан. Подойдя, они улыбнулись и сказали хором:
— Доброго дня!
Я посмотрела на Рейна. Взгляд синих глаз был усталым, меж бровей залегла морщинка. Покачала головой:
— Ты выглядишь замученным. Хоть немного поспал, чудо мое?
— Немного, — теплая улыбка озарила его лицо, — ну и каша заварилась, расскажу попозже. А пока я жутко голодный, так что меня надо кормить и жалеть! Идем в «Пьяный петух»?
— Конечно, идем, — улыбнулась я ему, — а что с остальными?
— Кэла я не видел, а Раян пошел к ректору сразу после твоего ухода, сегодня я его видел лишь мельком. Давай просто поедим и поговорим о чем-нибудь приятном, хорошо?
— Да, прости. Тебе бы отдохнуть… Как твои родители?
— Отец весь погрузился в расследование, матушка просила передать тебе привет и поцелуй, так что не отвертишься, — взгляд стал лукавым, — я его с тебя обязательно стребую!
Мы рассмеялись, за болтовней и не заметив, как дошли до трактира. Зайдя, увидели за одним из столов Кэла, он о чем-то глубоко задумался и встрепенулся только когда мы подошли поближе:
— О, добрый день! Лин, ты как?
— Не очень, — покачала головой, — всю ночь кошмары снились, как эта гадина вас убивает.
— Главное, мы все живы, — улыбнулся он мне, — ну что, отметим этот факт?
Мы переглянулись и дружно кивнули. После того, как все наелись — неожиданно я тоже почувствовала, что проголодалась — я вдруг вспомнила, что хотела спросить вчера на балу:
— Рейн, я хотела спросить про мороженое, оно где-то в Тар-Каэре продается?
Он усмехнулся:
— Ага, самый страшный твой недостаток: ты сладкоежка! Нет, для его приготовления используется магия, так что его можно попробовать только на Летнем балу в Академии и при дворе. Вот если бы ты со мной поехала…
— Знаешь, я сладкоежка, но не настолько, чтобы выдержать придворную жизнь, — я покачала головой, — особенно среди таких, как Сатия…
Рейна передернуло, за столом воцарилось молчание. Прервал его Лан, поднявшись:
— Не знаю как вы, а мы с Сигни собираемся погулять, я хочу отвезти ее к Радужному водопаду. Вы с нами?
Я покачала головой, улыбнувшись:
— Нет, мы не будем вам мешать, верно?
Ответом мне были два энергичных кивка.
— Что ж, тогда… — Лан подошел к Кэлу, — ты ведь уезжаешь утром? Значит, до осени не увидимся. Легкой дороги и приятных каникул!
Они пожали друг другу руки, Сигни присоединилась к пожеланиям. Через пару минут мы остались одни, и Кэл негромко спросил:
— Расскажешь, что там с расследованием?
— Не здесь, — Рейн огляделся по сторонам, — лучше в парке. Хоть я пока и немного знаю, но и это немногое не стоит обсуждать в трактире.
Усевшись на скамейку в дальнем углу парка, Рейн начал рассказ:
— Сразу скажу, Сатию и Саэтра арестовали, а Оровен сбежал. Пока выяснилось немногое: активно подходы к Амарии начали искать около трех лет назад, вскоре после истории с Тиной. Сначала Саэтр просто влюбил в себя Амарию, для него это было нетрудно, тем более, что у них был союзник — Сатия была подругой принцессы с самого детства. Потом ее начали обрабатывать на предмет того, что Тирриан спит и видит, как бы заблокировать ее дар и выдать замуж куда подальше.
— А это разве было неправдой? — удивленно подняла я брови. — Мне принц показался умным политиком, он действительно должен был представлять исходящую от сестры угрозу.