— Это «Нагиб»! — услышала она, словно из глубокого колодца, приглушенный крик Коэна. — Быстрее эвакуируемся, пока он не зашел на второй круг!
Усилием воли она приказала себе схватить контейнер и подняться. Её шлем автоматически переключился в режим тепловизора, в котором можно было различить хоть что-то в поднявшемся из-за взрывов пылевом облаке. Реальность приобрела сюрреалистические очертания, состоящие из танцующих пятен тепла. Ориентируясь на крупнейшее из этих пятен и грохот пушки, из которой «Райно» пытался поразить атаковавшую их воздушную цель, Саша, пошатываясь, поковыляла к их транспорту.
— Зенади серьёзно задело!
— Тащи его внутрь, Ортега, живо!
Удивительно, но позднее Тёрнер было сложно вспомнить эти минуты, хоть она действовала на протяжении них так, словно была в полном порядке. Вероятно, причиной тому был стресс. А может быть, лёгкое сотрясение мозга, которое у неё позднее обнаружилось.
Воспоминания сохранились клочками. Вот она помогает Саю, который, казалось, не замечает кровоточащих осколочных ран на своём левом предплечье, в левой части груди и на левой щеке, зафиксировать на койке, предназначенной для эвакуации раненых, его раненую подругу. Вот она помогает Дипвеллу сделать то же с космопехом по фамилии Зенади, порванным и обугленным, словно он побывал в пасти у огнедышащего дракона. А вот она уже сидит пристёгнутая к своему месту, обнажив голову, щупает рукой шишку на затылке и удивлённо смотрит на вмятину, которую попавший ей в затылок обломок оставил на бронированном шлеме.
— Ты был чертовски прав насчёт шлема, Коэн, — пробормотала она ошарашенно себе под нос.
В этот момент «Райно» наконец оторвался от земли, направляясь обратно к SR-115.
— Осторожно! Производится защитное маневрирование! — предупредила «Афина» за миг до того, как началась немилосердная болтанка, из-за которой глаза едва не вылезали из орбит.
Затем взгляд Саши неожиданно упал на пыльную крышку контейнера, который она всё-таки затащила на борт. И увиденное там стёрло ощущение реальности происходящего окончательно.
Глава 45: Брат и сестра
Защищённая нейрокоммуникационная среда.
17 ноября 2125 года. Около 00:00 по Гринвичу
Мария была рада, что Рикардо решил провести эту беседу в нейросреде, где не существовало жестов, мимики и интонаций. Если бы он настоял на личной встрече, ей бы потребовался ультра-сед.
— Знаешь, — неторопливо начал разговор Рикардо. — Должен признаться, что наряду с недоумением относительно того, как ты похерила задачи, которые я поставил перед тобой, вводя в состав правления «Терра Новы», я получил некое извращенное эстетическое удовольствие от созерцания твоей дерзости и наглости. Это было очень по-нашему, по-гизовски. Наверное, способность к такому во многом определяет ДНК.
— Рада, что не разочаровала, — спокойно ответила она.
— Одно странно в этой истории, — продолжил рассуждать он. — Это то, что ты решила сбросить маску сейчас. Ты ведь собиралась разыгрывать кротость и преданность до конца, пока не освободишься из-под моей опеки, отправившись в экспедицию. Но ты не утерпела и выпустила коготки раньше. Ты сделала это не ради того, чтобы захватить игрушку китайцев, которой интересовался Хаттори. Не вижу причины, по которой тебе бы так сильно хотелось оказать Иошинори услугу. Нет, всё это было затеяно ради этого клона, J-233. Другой разумной причины я не вижу. Что это такое, внутривидовая солидарность?
— Нет никакого особого «вида», к которому мы с ним принадлежали бы. Мы ничем не отличаемся от прочих людей, кроме способа появления на свет, и того, что мы окружены пещерными предрассудками, — возразила Мария. — И ты прекрасно это знаешь.
— Разумеется, я это знаю. Считай я тебя непредсказуемым монстром доктора Франкенштейна, думаешь, я приблизил бы тебя к себе и сделал бы той, кем ты являешься? Думаешь, научил бы так многому и помог бы возвыситься?
— Жалеешь теперь об этом?
— Я никогда ни о чём не жалею. Но ты не ответила на мой вопрос. Ты нарушила свою собственную стратегию и поставила себя в уязвимое положение ради этого клона-экстремиста. Клона или клоуна — лишняя буква ничего не меняет в описании этого идиота. Зачем он тебе понадобился? Не для сексуальных же утех, в самом деле. С твоими данными ты можешь приобрести или взять бесплатно сотню таких, как он, не прилагая особых усилий.
— Давай я не буду спрашивать тебя, зачем тебе нужны твои игрушки. А ты меня — о моей.
— Твоя игрушка очень дорого нам обошлась. То, что ты вытворила — бросает тень на меня. Ведь ты получила место в правлении не за свои красивые глаза, а по квоте «Gizu Projects», главой которого являюсь я. И именно мне будут адресованы вопросы. Как, по-твоему, я должен объяснить всё произошедшее главе правления и другим членам наблюдательного совета? А что, по-твоему, Мейер должна сказать представителю «Синьцзы» во время конфиденциальной видеоконференции, которая состоится уже вскоре после нашего разговора при посредничестве бразильских и китайских властей?