— Это назначение — огромная честь и ответственность. Я о нём разве что в самых смелых фантазиях мечтала. А так — была готова лететь хоть бортмехаником… — пробормотала она с несвойственным ей смущением.
— Вот и я о том же, — кивнула Мейер, пытаясь пресечь что-либо, что должно было последовать после явно готовящегося «но».
— … но мне надоело, что вы обращаетесь со мной как с сопливой девчонкой! — упрямо продолжила гнуть своё сопливая девчонка, раздувая ноздри от возмущения и вновь поднимая глаза на Мейер, как фехтовальщик, воздевший клинок после секундной слабости. — Я узнаю о важных решениях и событиях, связанных с проектом, в последнюю очередь! Даже Бриггс знал о моём назначении раньше меня! Я понятия не имела, что Хаттори и Гизу решили участвовать в экспедиции! Я ничего не знала об этих десяти граммах антиматерии! А вы, я уверена — знали давно! Капитан корабля, который ни черта не знает об этом корабле, и об экспедиции, в которую кораблю предстоит отправиться, потому что «взрослые дяди и тёти» не считают нужным поставить её в известность — это, извините, шут гороховый, а не капитан!..
— Ну полноте, Тёрнер, — отмахнулась от неё Моника, устало нахмурившись, словно опытная многодетная мать, вынужденная выслушивать бунтарскую речь дочери-подростка. — Ты же с самого начала поставила себя как чистый технарь, мол, «я сижу и ковыряюсь в своих схемах, а вы там занимайтесь остальным». Если, конечно, не считать того периода, когда ты была фавориткой Рикардо. Но мы-то с тобой хорошо знаем, что это уже в прошлом. Так не удивляйся, что некоторая информация доходит до тебя позже, чем до тех, кто принимает решения.
— Значит, то, что меня назначили капитаном — не относит меня к числу таких людей? — упрямо сощурилась Тёрнер, никак не желая ставить в этой пикировке точку.
— Хочешь быть одной из таких людей? Так веди себя соответственно! — резко повысила тон Моника, погрозив собеседнице пальцем. — Что это была за херня в Африке?! В такой ответственный для проекта момент ты пренебрегла своими прямыми обязанностями и позволила Марии Гизу втянуть себя в опасную игру, сути которой ты даже не понимаешь, рискуя погибнуть, или, хуже того, быть арестованной в недружественной стране и выдать конкурентам все наши тайны!..
— Я сделала это ради спасения жизни человека, который мне небезразличен, — решительно возразила девчонка так, словно эта фраза обязана была удовлетворить Мейер.
— Вот именно об этом я и говорю, — ткнула в её сторону пальцем Моника. — Ответственность — это про самоотречение, Тёрнер. Про предпочтение высших интересов твоим личным интересам. Знаешь, скольким людям, которым я не желала никакого зла или даже благоволила, пришлось пострадать на моей памяти из-за того, что я не могла бросить всё и бежать на их спасение? Я никогда не смогу их сосчитать. Начиная с определённого уровня каждое твоё решение приводит к страданиям или даже смертям людей. Каждое! Какую альтернативу не выберешь — будут те, для кого она окажется роковой. Если ты не способна с холодной головой выбирать лучшую из имеющихся альтернатив и жить с последствиями своего выбора, то для такой ответственности ты не готова!
«А у тебя хорошо получается роль суровой мудрой наставницы» — думала в этот момент Тёрнер, кипя внутри, но пытаясь сохранять внешнее самообладание. — «Старая ведьма поучает молодую, ну прямо картина маслом! О каких решениях ты говоришь, Мейер? О решении сымитировать похищение Доминика, чтобы добиться его расположения?! О решении убить Льва?! Легко было оправдать в твоей голове, что это были лучшие из всех возможных альтернатив?!».
Сочтя отсутствие новых возражений за признание того, что Тёрнер нечем крыть упрёки Мейер, та вздохнула и, немного смягчив тон, добавила:
— Что до упомянутых тобой десяти грамм антиводорода, то я узнала о них не так давно, как ты считаешь. Они были предоставлены как дополнительный вклад группой наших акционеров, которые не предупреждали меня заранее о своём намерении.
Всматриваясь в морщинки на покрытом тональным кремом и румянами лице Мейер, которые появились при произнесении слов «группа акционеров», Тёрнер гадала, что за мысли и планы скрываются в её голове. Знает ли президент корпорации о том, кто на самом деле такой Хаттори и какая тайная структура скрыта за невинной внешней оболочкой в виде IT-корпорации «Cybrex» (если, конечно, верить тем невероятным вещам, которые она прочла в последней из папок с компроматом, заботливо собранных для неё ребятами из «Star Bridge»)?
Должна знать, или хотя бы догадываться. Ведь она умна и владеет доступом ко многим источникам информации. Но если так — то значит ли это, что она относится с одобрением или пониманием к тем целям, которые ставят перед собой эти безумцы? Или воспринимает их как вынужденных союзников, своего рода полезных идиотов? Саша очень хотела бы узнать ответ на этот вопрос. Но задавать его ей было бы слишком рискованной идеей, против которой её не зря предостерегла Рейчел.