Нет уж, в том взвинченном состоянии, в котором она находилась после недавних открытий, Саше лучше было пробыть в этом кабинете не дольше, чем это на самом деле необходимо. Иначе она может наговорить того, о чём сильно потом пожалеет.
— Как бы там ни было, изменение ситуации с обеспечением экспедиции топливом заставляют нас пересмотреть наш подход к дедлайнам по срокам строительства корабля, — продолжила Мейер, не подозревая, какие мысли бурлят в голове у молодой подчинённой. — Раньше мы были уверены, что даже при реализации худшего прогноза по срокам завершения строительства мы всё же успеем достроить корабль задолго до того, как получим достаточно топлива для его отбытия. Но теперь от сроков завершения строительства и полётных испытаний напрямую зависят сроки запуска. Это значит, что Асмад больше не сможет сидеть на своей заднице с таким же самодовольным спокойствием, с каким сидит сейчас. Но прежде, чем определить, насколько сильно наподдать ему под зад — я хочу выслушать твой доклад о ситуации на объекте. Отчёты я читаю, но для полноты мне нужен результат физической инспекции.
Вздохнув с облегчением от того, что разговор покидает опасную зону, в которую она его сама по неосторожности направила, Тёрнер переключилась на деловой разговор о процессе строительства корабля, который она могла бы вести и будучи разбуженной среди ночи. За те десять минут, которые заняли её краткий доклад и ответы на вопросы Мейер, её эмоциональное состояние пришло в норму.
— … завершить полётные испытания не весной 27-го, как планировалось изначально, а уже осенью 26-го, — сосредоточенно ответила она на последний из вопросов президента корпорации.
Ответ приятно удивил Мейер, которая подозрительно сузила глаза.
— Ранее я получала менее оптимистичные прогнозы. Уверена, что не взяла этот срок из головы, чтобы впечатлить меня? Ты ведь знаешь, я предпочитаю слышать реалистичный срок сразу, чем потом выслушивать оправдания насчёт того, что «нам нужен ещё месяцок». За нашим прогрессом следит под микроскопом весь мир. Мы не можем вести себя как хитрожопый застройщик, который морочит голову инвесторам.
— Чем больше времени мы получим на полётные испытания — тем лучше. Дадите мне срок до весны 27-го — отлично. До конца 27-го — ещё лучше. Накинете пару-тройку лет — вообще замечательно. Вы ведь знаете, есть мнение, что вначале нужно смотаться на Проксима Центавра, а уже потом целиться на Тау Кита. Но вы спросили меня про минимальный разумный срок. И я ответила — осень 26-го. Вероятно, конец ноября. Если не произойдёт никакого форс-мажора. Мне предстоит нести ответственность за этот корабль, доктор Мейер. Так что я не стала бы трепать языком, не подумав.
— Что ж, отрадно это слышать.
Сделав какие-то пометки, Моника сказала:
— Я хочу, чтобы вы с Купером продолжали выполнять свои обязанности по конструкторскому надзору за строительством, пока корабль не будет готов на 100 %. Передавать эту функцию кому-то из ваших подчинённых на столь позднем этапе — слишком рискованно.
— Согласна с этим. Никто не хочет, чтобы в последний момент что-нибудь пошло не так.
— Искин считает, что это совместимо с подготовкой к участию в экспедиции. Ты с этим согласна?
— Да, у меня хватит времени на подготовку. Что касается Доминика, то он-то, слава Богу, никуда не летит, так что сможет заниматься этим до самого отбытия. Должна сказать, что он отлично соображает для своих лет, и не для красоты там сидит, так что…
Монике пришлось сделать глубокий вдох, прежде чем перейти к последнему, ради чего она вызвала к себе Сашу. А ведь ей понадобилось много времени, чтобы принять это самой.
— Есть ещё кое-что, что тебе следует знать, Тёрнер. И я очень хотела бы, чтобы в этот раз ты обошлась без эмоций.
Посёлок Алкантара, штат Мараньян, Бразилия.
19 ноября 2125 года. 20:15 по местному времени (23:15 по Гринвичу)
Врач Доминика склонялся ко мнению, что жаркий и влажный воздух экваториальной климатический зоны не слишком полезен для его изношенного организма. Но всё же Купер был рад, что уже шестой год жизни он проводит здесь, а не в своей берлоге в Перте.
Хлопоты, связанные с переселением, приспособлением к изменившимся быту, воздуху, кухне и языку (автоматические переводчики решали эту проблему технически, но не психологически) — не то, на что охотно идут старики. Зато в ясные ночи, такие как эта, с террасы его домика, который стоял буквально на самом экваторе, можно было увидеть звёздное небо, подобного которому он никогда не наблюдал ранее. Даже странно, что, посвятив всю свою жизнь космосу, он так редко любовался им невооруженным глазом.