Завороженная красочным рассказом Рут, Саша смотрела на съёмку с исследовательского зонда, который осторожно лавировал в тяжелом спёртом воздухе между великанских громад поросших бурым и фиолетовым мхом грибов-гор, утопая в струях проливного дождя. У основания фантастических грибных громад мокрую землю укрывал густой покров вьющегося лишайника.
— Да знаем мы, что ты поведена на этих своих гигантских вонючих опятах, — проворчала Мари нетерпеливо. — Скажи лучше Саше, к чему ты клонишь.
— Погоди. Я хотела привести ещё несколько примеров.
Рут воспроизвела другую видеозапись, от которой ещё сильнее захватывало дыхание, и продолжила:
— Этот мелководный океанический биом поблизости от экватора мы назвали лагуной Бойля. Многообразие обитающих тут видов организмов так велико, что нам понадобились бы десятилетия только на то, чтобы сосчитать их. Удивительно, но большая их часть обладают биолюминесценцией. В тёмное время суток лагуна излучает столь сильное зелёное свечение, что оно заметно даже с орбиты.
— Это невероятно красиво, — покачала головой Тёрнер, хотя ей уже приходилось видеть снимки лагуны Бойля, набравшие популярности в Сети.
Понимающе улыбнувшись, Рут запустила ещё один отрывок видеозаписи. На нём было запечатлено существо, отдаленно напоминающее странного слепого грызуна, покрытого серым шерстяным покровом. Существо было плотно окутано хитросплетением пульсирующих чёрно-зелёных стебельков, которые шевелились, словно щупальца у осьминога. Гибкими прыжками сильных задних конечностей оно с интересом приблизилось к зонду и протянуло к нему свои стебельки-щупальца.
— Посмотри на этих существ! Зонды обнаружили их в тропических широтах планеты. Их назвали talpidae terram — «наземные кроты». Хотя с кротами у этих существ генетически нет ничего общего.
— Это уж точно… — морщась от смеси жалости и отвращения, сказала Саша.
— На первый взгляд кажется, что эти существа, похожие на наших млекопитающих, заражены каким-то вредным паразитическим организмом. Но мы предполагаем, что этот паразит — крайне развитая симбиотическая форма жизни. Именно симбиот управляет большинством жизненных процессов примитивного животного, которое является лишь безвольным сосудом для него. И уровень его развития — весьма высок. Talpidae terram проявили себя крайне осмысленно и любознательно при контакте с зондом с «Пионера». Их нервная система, а точнее — нервная система симбиотов, судя по всему, развита гораздо сильнее, чем у земных собак. Может быть — на уровне дельфинов или даже высших приматов. И это — не единственный пример подобного симбиоза, который мы встретили на Земле-2.
Когда Рут рассказывала об удивительных находках, её голос был чрезвычайно увлечённым. Саша обратила внимание, что Мари, несмотря на своё притворное ворчание, смотрит на молодую коллегу с симпатией, теплом и гордостью. Они обе были поведены на изучении жизни во всех её проявлениях. И в этом отношении были похожи, как мать и дочь, несмотря на отсутствие какого-либо внешнего сходства.
— К чему я веду? — продолжила Рут, отключив видео и совершенно не замечая, что парень по имени Джей, зависший за одним из стоящих невдалеке столиком с парой коллег из СБ, то и дело бросает на неё взгляды. — К тому, что жизнь на Земле-2 очень сильно отличается от той, к которой мы привыкли. Сотни миллионов лет эволюции сделали её чрезвычайно разнообразной и в то же время гармоничной. Все эти миллиарды живых существ научились сосуществовать вместе, образовали единую экосистему. И если мы хотим научиться выживать там, и даже больше того — жить в этой экосистеме, то мы можем научиться этому только у них. Здесь, на Земле — мы никогда не найдём ответов.