По давней договорённости, которая неукоснительно соблюдалась, Мария держалась в тени, насколько это возможно при её положении, избегая чрезмерного публичного внимания к своей персоне. Никому из них не было выгодно, чтобы Мария всё время мелькала на первых полосах и превратилась в селебрити, за которой носится толпа папарацци, пытаясь раскопать грязные детали её прошлого. Но Рикардо не препятствовал тому, чтобы она постепенно наращивала своё реальное теневое влияние, брала на себя всё больше задач в управлении делами корпорации, плела вокруг себя свою собственную паутину связей, знакомств и контактов.
Они не были кровными братом и сестрой. Но между ними существовали не менее крепкие узы, первоначально сплетённые вокруг совместно хранимой ими страшной тайны, раскрытие которой могло погубить их обоих, и укреплённые годами взаимовыгодного симбиоза.
Рикардо доверял Марии больше, чем кому-либо другому в мире. Но это доверие отнюдь не было абсолютным. Кем-кем, а наивным Рикардо не был точно.
Он предполагал, что рано или поздно ей может прийти в голову избавиться от него. Такой план мог созреть в её голове на почве эмоциональной тяги к эмансипации, желания освободиться от его власти и похоронить вместе с ним тайну о её истинном происхождении. А мог он зародиться и из жажды власти. Ведь продвинуться выше её нынешнего положения она могла, лишь сделавшись единоличной правительницей их семейной империи.
Чтобы обезопасить себя от неё, Рикардо заблаговременно озаботился о создании целого ряда скрытых юридических и технических предохранителей, которые гарантировали, что в случае его преждевременной кончины доказательства истинной природы Марии будут преданы широкой огласке. В свете бразильских законов это означало бы не только лишение её всяческих прав претендовать на семейное наследство, но и лишение её любых гражданских прав вообще. Такая судьба ждала её даже в том случае, если Рикардо внезапно погибнет по независящим от неё обстоятельствам — скажем, в авиакатастрофе. И он этого не скрывал. «Наши судьбы навсегда связаны, помни это» — произнёс он во время их разговора на эту тему, который состоялся много лет назад.
Мария помнила о его предостережениях и понимала, что падение Рикардо, скорее всего, станет и её падением. Но даже если бы это было не так, предложение Сингха (либо тех, кому он решил передать оружие против неё) всё равно было ловушкой. Даже если бы люди, набивающиеся ей в союзники, помогли ей избежать разглашения правды о её истинной сущности — она сделалась бы их безвольной марионеткой не в меньшей степени, чем сейчас она является марионеткой Рикардо. Ниточка, потянув за которую можно погубить её, оставалась бы в руках у других людей. А свобода так и продолжила бы быть недостижимой иллюзией.
Осознав, что Мария не настолько глупа, чтобы попасться на эту удочку, они перешли к плану «Б». В обмен на разоблачительные показания, которые позволили бы очернить Рикардо, а посредством него — и всю «Терра Нову», они обещали ей огромное вознаграждение и программу защиты — новое имя, новые документы, новую жизнь в каком-то далёком уютном уголке планеты.
Это предложение было очень соблазнительным. В детстве Мария часто мечтала о подобном. Фантазировала, как сбегает на какой-то далёкий райский остров (такие места остались ещё в некоторых уголках Земли), где никто не знает её, и где она может жить свободно, не ощущая мрачной тени прошлого. Но повзрослев, Мария осознала, что эта мечта наивна, как и все детские грёзы. Современный мир был слишком тесен, чтобы в нём можно было спрятаться. Особенно — если в этом мире есть люди, не жалеющие времени и ресурсов, чтобы отыскать тебя.
Жизнь научила Марию и ещё одной премудрости. Любые договорённости выполняются ровно до тех пор, пока их выгодно выполнять. В тот самый момент, когда она пошла бы на такую сделку, она утратила бы всё свою влияние и всё значение для тех, кто уговорил её на этот поступок. Вместо уважаемой сеньориты Марии Гизу, правой руки Рикардо и совладелицы холдинга «Gizu Projects», жемчужиной которого является крупный пакет акций в «Terra Nova», она бы стала беглым клоном, благополучие и жизнь которого полностью отданы на милость новым хозяевам её судьбы. Окажут ли они эту милость? Это уже не будет зависеть от неё.