Марии хватило самообладания и рассудительности, чтобы отвергнуть и это их предложение, и настоять на своём, не испугавшись угроз, в которых она правильно распознала блеф. С того самого момента торг между ними стал прозаичен, и свёлся к объёму информации, которой она должна была поделиться, чтобы они не давали хода компромату на неё.
— Так что же, дорогой, ты и дальше остаёшься верен своему тирану? — продолжила окучивать её виртуальная блондинка. — Воистину собачья преданность. Не так ли, Коко?
— Довольно пустых слов, — пресекла эти насмешки Мария. — К кому, по-твоему, я должен испытывать более тёплые чувства, чем к нему? К тебе, моя дорогая? Интересно, за что? Люди, работающие на твоего папочку, назовём его так, в своё время вырастили меня в своей лаборатории, как подопытного кролика. И собирались усыпить, чтобы выпотрошить. Они обязательно сделали бы это, не моргнув глазом, если бы иначе не сложились обстоятельства. Я избежал этой участи лишь благодаря человеку, которого ты меня призываешь предать. Станем ещё говорить об этом? Или достаточно?
— Ты, наверное, с кем-то меня путаешь, милая. Мой папа был скромным и порядочным человеком, — белозубо ухмыльнулась девушка.
— Ну да, конечно! Хватит уже фальши. Ты прекрасно знаешь, что я здесь только по одной причине — из-за банального шантажа. Но не думай, что ты сможешь выжать из меня таким способом всё, что тебе заблагорассудится. Есть красные линии, которые я не перейду, даже если ты сломаешь мою жизнь. И поверь, если до этого дойдёт, я не замедлю с ответными действиями. Всю свою жизнь я кропотливо собирал данные, которые способны связать место, в котором я появился на свет, с твоим любимым папочкой. Если дойдёт до войны — я обязательно пролью свет на его делишки. Даже если это будет последнее, что я сделаю в своей жизни.
— Я бы на твоём месте воздержалась от угроз, милый. Ты не в том положении. Поверь мне, я владею языком угроз уж точно не хуже, чем ты. И убедительных аргументов у меня побольше. Если бы я хотела, то выжала из тебя всё, что мне нужно, так же легко, как выжимают жидкость из мокрой ссаной тряпки.
Выдержав угрожающую паузу, на протяжении которой два виртуальных персонажа мерялись взглядами, она продолжила уже более мягким тоном:
— Но я не хочу. Мы начинали с уважительного и взаимовыгодного сотрудничества. Так давай в этом духе и продолжим. Уверена, что у нашего партнёрства — большое будущее, которое может продолжиться и за пределами этой милой планетки.
Удар был нанесён метко и неожиданно. Если какой-то мускул и дрогнул на лице самой Марии, это не отразилось на её аватаре. Но люди по ту сторону всё равно поняли, что удар достиг своей цели.
— Да-да, всё верно, котик мой, — сладко улыбнулась её виртуальная собеседница. — Мне известно, что на вашем пони появились новые восемь мест. И мне известно, что одно из этих мест займёшь ты. Решил сбежать из этого ненавистного мирка, в котором чувствуешь себя, словно в капкане? Прекрасно тебя понимаю, дорогой. Сама бы, наверное, поступила так на твоём месте. Но ты ведь не думаешь, что там, вдали, мы с тобой совсем перестанем дружить?
Разочарование растеклось по телу Марии медленно и едва ощутимо, как слабый яд. Она и правда надеялась, что они не узнают. Правда думала, что ей удастся сбежать. Это было взрослое перевоплощение её детской мечты о далёком острове. Таинственная планета, находящаяся в двенадцати световых годах от Земли, казалась местом, где она в состоянии стать по-настоящему свободной. Слишком далёким, слишком недосягаемым, слишком иным миром, чтобы всё, что отравляло ей жизнь на Земле, могло иметь там хоть какое-то значение. Это был её единственный и последний шанс. И после долгих раздумий она решила, что ради него стоит рискнуть жизнью.
Но Земля не желала выпускать её из своих цепких когтистых лап. Подобно привязанному к ноге тяжелому ржавому якорю, она тянула её ко дну, навстречу всё тем же старым скелетам и мрачным затонувшим кораблям, не позволяя добраться до поверхности и вдохнуть наконец полной грудью. Взрослая мечта оказалась такой же наивной, как и её детский прототип. Даже если удача улыбнётся экспедиции, даже если «Пегас» успешно достигнет своей цели, спруты, которые обвили и душат её своими щупальцами, прибудут туда вместе с ней.
Наверное, ей никогда не суждено освободиться. Похоже, что всё её сопротивление так и будет сводиться к борьбе за каждый глоток воздуха, который можно сделать, прежде чем щупальца сожмутся вокруг неё сильнее. Но даже если так — она всё равно не перестанет трепыхаться.